Я потому и удивился, как это они смогли продержаться на воде восемь месяцев. Почти.
АВТОР. Прошу меня извинить.
ЦЕНЗОР. Да, скажу я вам, для писателя вы довольно скверный рассказчик.
АВТОР. Ещё раз прошу меня извинить.
ЦЕНЗОР. Ну и?
АВТОР. Да, пока, наконец, каким-то удивительным образом, их не прибило к какому-то русскому острову.
ЦЕНЗОР. Точное название этого острова?
АВТОР. Я не помню точно, как он называется.
ЦЕНЗОР. А следовало бы помнить, это ведь ваша самая любимая история.
АВТОР. ...Я, пожалуй, дорасскажу её вам как-нибудь в другой раз.
ЦЕНЗОР. А я хочу её дослушать до конца сейчас.
АВТОР. ...Их прибило к острову, корабль развалился, вокруг были русские, которые ни слова не понимали по японски, так что Кодайю и его товарищи были на грани отчаяния. И вот когда они уже почти совсем смирились с мыслью, что им суждено погибнуть на чужбине, как вы думаете, что произошло?
ЦЕНЗОР. Ума не приложу.
АВТОР. В один прекрасный день эти самые русские пробрались на борт полуразрушенного корабля и стащили у них огромную бочку.
ЦЕНЗОР. Мне не смешно.
АВТОР. Нет, я вовсе не хочу сказать, что это смешная история."
"ЦЕНЗОР. ...Я не люблю такие вульгарные шутки.
АВТОР. Как я вам уже говорил, я и не собирался с вами шутить. Я хотел вам доказать, какую важную роль в жизни человека может играть смех.
ЦЕНЗОР. На это я бы вам ответил, что человек неспособный собрать всё своё мужество чтобы выжить без помощи смеха или чего-то в этом роде, просто слабак.
АВТОР. ...
ЦЕНЗОР. Я никогда не заходился от смеха, но, как видите, умудрился дожить до сегодняшнего дня.
АВТОР. ...
ЦЕНЗОР (читает переписанный текст). ...Так что же с ними было дальше?
АВТОР. Они преодолели много трудностей и вернулись домой в Японию после долгих лет странствий.
ЦЕНЗОР. ...Я рад за них.
АВТОР (пытаясь заглянуть в рукопись). Как вы считаете? Наверно, это не совсем то, что может вам понравиться.
ЦЕНЗОР. ...
АВТОР.