Он отметил, что здание вокзала отремонтировано, вокруг множество проволочных заграждений, но много и еще не размотанных катушек колючей проволоки. То есть спустя три года оборудование станции заграждениями еще не закончено. Напомним, что это хоть и приграничная полоса, но не граница, и до нее около 15 километров. Эта проволока мешает доступу к поезду и с поезда, то есть пассажирам куда-то там сходить или местным жителям продать пассажирам что-то. Но не «Активной разведке», которой уже нет, но, даже если она укрыта под видом Управления мелиорации Полесья – то проволоки мало.
Автор уже упоминал про агента Разведупра Антона Солимчука, в 1930-е годы работавшего на Советский Союз. Он жил в приграничном селе Синев (о работе постерунка в нем говорилось выше) на Волыни. В разведывательную деятельность его вовлек односельчанин Степан Гапончук.
Немного позднее активной деятельностью Солимчука заинтересовалась полиция, но из-за того, что он часто ездил в Ровно и другие места. Он действительно собирал информацию и там, даже ездил в Брест узнавать про состояние железнодорожных станций по дороге туда.
При этом и Антон и его старший брат давно числились как подозрительные в полиции и даже подвергались репрессиям с ее стороны. Антон – за рисование карикатуры на священнослужителя. Но снова КОП ни сном, ни духом.
Интересна история братьев Журавских с взаимной вербовкой.
Иосиф Журавский работал лесничим в Словечненском районе. За советско-польской границей жил его брат Генрик Журавский, служивший в КОП И вот у пограничников Олевского погранотряда, чьим агентом был Иосиф Журавский, возникла идея о том, чтобы Иосиф встретился с Генриком и склонил того к работе на СССР. Как оказалось, Генрик выслушал Иосифа и склонил того к работе на Польшу.