Какие там у меня обязанности? «Содержать поместье в порядке, заботиться о чистоте помещений, вести учет расходов, присматривать за садом»?
Ни слова о капитальном ремонте, о том, что именно понимается под «порядком», «присмотром» и «чистотой». А лучше надо было договор составлять, господин поверенный.
Так что в итоге, поборовшись с собой, я составила короткий ответ, который написала прямо на обратной стороне первого письма.
'Уважаемый мистер Помбри!
Я добралась благополучно. Ничего сверх предоставленных средств не требуется.
Алиса'.
Сунув в шкатулку письмо трясущимися руками, я принялась лихорадочно мешать похлебку. Сейчас даже ее аромат не радовал, вот ведь напасть!
Я думала, что до завтрашнего дня ответа точно можно не ждать, но неожиданно шкатулка тренькнула почти сразу же — я едва не уронила в очаг полотенце, которым снимала котелок с крючка.
'Уважаемая мисс Фишер!
Боюсь, мы неправильно друг друга поняли. Вы стали экономкой в доме самого господина Первого советника Кориана Аслана Амбера.
Кроме того, вы обязаны следить за своим состоянием, чтобы не случалось неприятных ситуаций и моему клиенту не пришлось оплачивать вам консультацию врача, больничный или искать для вас замену. Это относится и к вашим… особым обстоятельствам.
Ввиду вышеизложенного, настойчиво предлагаю вам составить прошение к господину Первому Советнику. Он оценит разумность ваших требований и вынесет решение о том, предоставлять ли дополнительное финансирование.
С уважением,
Гарольд Помбри,
поверенный господина Первого советника Кориана Аслана Амбера'.
Раздались шаги, и на кухню вошел сонный Марк с Кори на руках.
— Ой, девочка! А чем это у тебя так пахнет вкусно? Ну ты мастерица, я на секунду прилег! Как там в городе? Ты что, и полы тут успела помыть? Когда?
— А-а! М-а! — потянулся ко мне Кори, и я улыбнулась.
Сейчас, малыш.
'Уважаемый мистер Помбри!
Я поняла вас правильно. Господин Первый Советник был весьма щедр и прозорлив, назначая мне жалование, оно полностью покрывает все расходы.
Спасибо.
Алиса'.
Я едва успела взять Кори на руки и поцеловать его в сладко пахнущую макушку, когда шкатулка снова зазвонила.
Да какой же он настойчивый!
Но, развернув третье письмо, я вздрогнула, потому что увидела совсем другой почерк.