По схеме расположения и манере поведения они напоминали похожих друг на друга молодых людей, которые во время демонстраций застойных времен наводняли Красную площадь в районе Мавзолея. Правда, те были строже одеты и держались куда сдержаннее. Калядов двигался, как эсминец в сопровождении катеров-«охотников»: спереди и сзади его прикрывали массивные фигуры телохранителей. Цепочка заграждения среагировала — по ней пробежало напряжение, но сработала безошибочная система распознавания «свой-чужой», и напряжение тут же спало, как будто чья-то невидимая рука выключила рубильник.
Сергей Петрович вошел в вестибюль со вторым звонком, но направился не к залу, а в служебные коридоры. Вдоль стен на вынесенных откуда-то стульях сидели хорошо знакомые личные телохранители, по лицам и количеству Координатор понял, что все уже собрались.
И точно. На потертом плюшевом диванчике грузно развалился Поплавский с чем-то напоминающим электронную игру в руках. У окна с отрешенным видом стоял Тепкоев, он явно находился в глубокой задумчивости.
Рассмотреть остальных Координатор не успел: Поплавский поймал его за рукав и усадил рядом с собой.
— Сколько тебе стоила эта передача, дружок?
Сергей Петрович увидел, что директор «Города» держит не электронную игру, а миниатюрный цветной телевизор с крохотным экраном.
— Ничего не стоила. — Координатор изобразил удивление.
— Такое тоже бывает, — согласился Поплавский. — Только тогда этот шакал спросил бы у тебя: а правда, что ваш галстук стоит сто долларов? А из прокуратуры вас выперли по компрометирующим основаниям? А из милиции в связи с возбуждением уголовного дела? А через ваш фонд отмываются грязные деньги? — Он довольно улыбался, хотя тому, кто мало знал этого человека, чуть приподнявшиеся уголки губ ничего бы не сказали.