– А, вот мессир де Арси и станет, на время перехода в Каркассон, этим самым Просветленным! Под темным покрывалом никто и не разглядит его…
– Спасибо, сеньор де Леви, – Гуго смутился, – Кем только я уже не был, а теперь, прости Господи, стану Просветленным…
Они засмеялись. Сенешаль понял, что беседа удалась, встал и произнес:
– Ну, воины мои, по утра. Всем приказываю отдыхать! Не смею больше вас задерживать…
На утро, после молитвы, крестоносцы свернули лагерь и поехали к Каркассону, до которого оставался один дневной переход, который составлял около восьми лье.
Когда они скрылись за холмами, отряд катаров во главе с Пьером-Роже де Мирпуа осторожно выехал из леса и осмотрел место казни и остатки лагеря крестоносцев. Просветленного и Облаченного среди тел казненных воинов не было.
То, о чем даже боялся помыслить Пьер-Роже, свершилось. Два видных катарских священника были живы и находились в плену у врага.
– Оливье! Жан! Бертран! Быстро ко мне! – Рыцарь подозвал своих оруженосцев. Когда они подбежали к своему хозяину, он приказал им.
Оруженосцы вскочили на коней и понеслись по дороге. Рыцарь закусил губу и стал размышлять:
«Так, они будут в Каркассоне. Надо известить донью Эрмессинду об этом неприятном событии. Ей, наверняка, удастся связаться с ними, а может быть, и спасти, выкрав из темницы…».
– Так! Быстро дайте мне голубя!
Пьер-Роже слез с коня, сел на землю и стал что-то писать на небольшом листке пергамента.
– Лети, гонец! Ты должен быть в Каркассоне быстрее ветра…
Пьер-Роже выпустил голубя. Птица взмахнула крыльями и взлетела, держа направление на север.
«Только бы успел…». – Взмолился рыцарь, смотревший на голубя.
Катары выставили наблюдения и стали копать могилы для своих казненных товарищей.
Они не заметили, что за их действиями скрытно наблюдал один крестоносец. Это был молодой англичанин Гуго де Арси, который выпросил разрешение у Ги де Леви остаться и понаблюдать за врагом. Гуго был уверен, что за ними обязательно будут следить. Юноша улыбнулся, погладил своего коня по шее и осторожно поддал его шпорами:
– Давай, малыш, тихонько…
Конь шагом поехал лес, обогнув его по большой дуге, рыцарь опасался, что его обнаружат.