— Саша, а почему ты спрашиваешь о нём?
— Мне просто интересно. Он же всех ближе находится к пограничью?
— Да.
— А кто такие вообще эти ландсгерры?
— Господа земли. Так себя именовали католические епископы. Ливония, это орден, Саша.
— Я это знаю. Дальше.
— Верховная власть в ордене принадлежит магистру, ещё его называют ландмейстер Ливонии. Знаешь, что самое главное?
— Что?
— Магистр Ливонии подчиняется Великому магистру Тевтонского ордена. Вернее подчинялся. Он и сейчас подчиняется Верховному магистру Тевтонского ордена, но больше номинально.
— Как это? Епископ же духовное лицо! Он избирается, а не получает этот церковный титул по наследству.
Иван засмеялся.
— Саша. Всё очень просто. Формально епископ, как и братья- монахи-рыцари, обязаны соблюдать обет безбрачия. Формально они соблюдают его. Но на деле, многие содержат целые гаремы из местных женщин.
— Этот бастард почему-то получает в управление земли, которыми управлял его отец! Я права?
— Права, Сашенька! Так вот, нынешний Ульрих фон Дениц в своё время получил эти земли от своего отца. Они уже рассматривают земли, которые были даны им в управление, как свои собственные.
— Значит Ульрих тоже имеет своего любимого бастарда?
— Конечно. Говорят у него гарем, как у басурман. А вообще некоторые, что братья-рыцари, что ландсгерры, себя начинают открыто величать баронами. — Ваня посмотрел на меня с улыбкой. — Сашенька, люба моя, а теперь скажи мне, почему ты спрашиваешь об этом Ульрехе?
Я улыбнулась мужу самой своей, как я считаю, обворожительной улыбкой.
— Ванечка, я слышала, что у этого Ульриха есть алхимик, по имени Маркус. Это правда? — Всё это я узнала из разговоров купцов.
— Верно. Есть у него такой. Я его не видел сам. А вот дядька Евсей видел. Понимаешь, все эти паписты схизматики. Предали уже давно Христа. Так чему ты удивляешься, что они имеют дела с чернокнижниками? Сжечь бы их там всех.
— Зачем жечь, милый?
— Как зачем, Сашенька? Они же там волшбу чёрную творят. Говорят, дев невинных в жертву диаволу приносят и младенцев.