Оба немца закивали головами. Я даже не сомневалась, что они согласятся. Лучше быть сытым, пьяным и с серебром в кармане, чем болтаться в петле на суку ближайшего дерева. Отправила их к спускаемым орудиям.
На одну повозку стали жёстко закреплять первое из опущенных с башен орудий. В корзинах спускали вниз ядра. Ядра были каменные, хорошо обтёсанные. Но я решила, что в перспективе будем ядра лить, как и делать картечь. Тем более, чугун, в простонародье свиное железо, был довольно дёшев. Все имеющиеся повозки, которые были в замке, мы загрузили.
— Дядюшка, где Ваня? Почему он так долго?
— Не знаю. Но он вернётся. Иначе быть не может.
Все повозки, которые были в наличии, мы загрузили. Но осталось много того, что грузить было не на что. Я кружила по двору замка словно волчица. Злость и страх. Злость, что досталось так много, что унести не могу всё. Страх за мужа.
— Едут! — Раздался крик с юго-западной башни. Я в мгновении ока взлетела на самый её верх.
— Кто едет? Ты разглядел?
— Нет. — Ответил ратник. — А кто может, акромя боярина?
Да мать моя женщина!
— К бою! — Закричала я во весь голос. — Опустить решётку, поднять мост!
Противотаранная решётка рухнула вниз в грохотом. Мост стал подниматься. Мать их всех, не успели! Я готова была взвыть. Продолжала всматриваться в приближающихся к нам. Наконец, увидела. Повозки. Много. И наши конные ратники во главе с Иваном.
— Отставить к бою! — Крикнула опять. — Поднять решётку, опустить мост. — Услышала как кто-то стал ругаться. — Поговорите мне ещё. Быстрее давайте. Не я у вас старшая, а то с утра до вечера у меня бегали бы марши по полной выкладке в тяжёлой броне.
К моменту, когда обоз подошёл к замку, решётка была поднята, а мост опущен. Сбежала с башни. Первым в замок заехал Иван. Соскочил с коня. Кинулась к нему, обняла. Господи, спасибо тебе, Ваня вернулся.