Альфа для строптивой

Мне не верилось, что такой, как он, сможет изображать добродетель довольно долго. Ужин закончился, я успела кое-как разобрать привезенные вещи. Оборотень все это время смиренно сидел в кресле и все еще не пытался меня домогаться. Это было странно и непонятно. Пусть я мужчину знала немногим больше суток, но по полученной информации, ожидала каких-то активных действий в виде приставаний. То, что оборотень был возбужден, видела прекрасно. Но Лукрецкий не делал ничего.

Пора было собираться в стриптиз-бар.

Снова посмотрела на Демьяна, отвернулась и тут же стащила с себя платье, оставаясь в одном нижнем белье. Странный звук. Громкий вздох и, словно, скрежет зубов.

Готова была спорить, что оборотень сорвется. Но он остался сидеть на месте. Не знаю, зачем провоцировала мужчину...

Хотя нет, знаю. Я искала себе оправдание. Я уже тысячу раз прокрутила в голове разговор с Вениамином Викторовичем, прикидывая различные варианты. Коллеге Игоря я не доверяла, как теперь и самому супругу.

Не могу точно сказать, что меня настораживало, но мне не понравился предложенный выход из положения, в которое угодила, благодаря Лукрецкому. Пока не могла себе объяснить, но меня не устроила реакция мужа на измену. Я бы поняла, если бы он меня обругал матом или даже, если бы ударил. Хотя последнего я не простила бы. Но вот его этот исследовательский интерес к моим отношениям с Лукрецким. Складывалось ощущение, что Лапина гораздо больше интересует возможность получить биоматериал от оборотня, чем супружеские проблемы. Я запуталась. Несколько раз даже порывалась рассказать обо всем Лукрецкому. Чего греха таить, если бы мужчина вел себя изначально подобным образом, вполне могла изменить мужу добровольно.

- Что ты делаешь в выходные? - поинтересовалась, надевая пуловер.

- В зависимости от того, что ты захочешь. Я весь в твоем распоряжении, - кивнула. Отказаться от загородной поездки, предложенной Вениамином Викторовичем, тоже не спешила.

Возможно, это мой единственный шанс обрести свободу.

Подсознательно мне хотелось, чтобы оборотень выкинул нечто такое, чтобы я перестала сомневаться. Я всегда полагалась на здравый смысл, и с логикой было все отлично. Во все эти россказни о пользе для человечества не верила, как и в то, что Лукрецкий не пострадает. Пусть к науке не имела никакого отношения, несложно было догадаться, что Лукрецкого отправят на опыты.