На задворках сознания продолжает пульсировать мысль об опасности, но разум отметает ее простым аргументом: «Он точно не станет помогать им».
— Как ты здесь оказалась? Я думал ты в Англии. — отпустив ее руку, задает он первый из десятков последующих вопросов.
Они сели за плетеный столик на террасе ближайшего кафе, и Гермиона ответила на каждый из них.
— Я не была в Лондоне уже очень давно.
— Я был уверен, что ты стала миссис Уизли сразу после выпуска. — ухмыляясь заявляет он, но когда видит чистейший ужас на лице девушки, задает вопрос: — Что он сделал?
— Ты не видел новостей?
— До этого момента мне не приходилось сомневаться, что это очередные бредни Скитер и ее воспаленного сознания.
Смотря сейчас на него, своего школьного недруга, она понимала, что никому кроме него открыться не сможет. Только этот слизеринец и заклятый враг Гарри Поттера сможет поверить ей.
— Они посчитали, что у меня послевоенная травма и я просто не могу быть в здравом уме раз становлюсь против нового режима власти.
— После суда над родителями. — это было больше похоже на шипение змеи, чем на связную речь. Его кулаки сжались, и костяшки побелели от напряжения. — Поттер даже не посчитал нужным явиться в зал суда. — руки расслабились и он закрыл ими лицо, борясь с дурными мыслями. — Так сказали охранники в камерах Министерства.
— Мне жаль, я так…
— Ты не виновата, Грейнджер.
— Это не отменяет того факта, что я была слепа. — она зеркально повторяет его позу, когда он откидывается на спинку стула, и опускает руки на колени, перебирая между пальцами салфетку. — Возможно я могла бы добиться оправдательного приговора для тебя.
— Ты спасла мне жизнь, хотя я был тем еще мерзавцем. Сохранила мою магию, хотя я издевался над тобой все школьные годы. Кажется этого достаточно для одного человека.
— Когда я дала показания в твою пользу разразился скандал. Рон обвинил меня в предательстве наших принципов, а Молли решила, что возможно между мной и тобой что-то… — сейчас она даже смутилась от глупости этого заявления. — что-то есть.
Малфой разразился смехом. Не мерзким хихиканьем, которое она так часто слышала в школе, а настоящим громким и таким заразительным весельем. Она улыбнулась, покачивая головой из стороны в сторону.