Надеваю чёрную плотную блузку с высоким воротником, белые брюки палаццо и чёрные туфли-лодочки.
Спускаюсь вниз. Все уже за столом. Мне оставили место… напротив Дерека. Ну спасибо, блин. Натягиваю улыбку и сажусь.
Шутки, разговоры. Даже не вникаю. Отвечаю что-то невпопад, если ко мне обращаются. Еда – единственное, что меня до сих пор радует. Ем и заливаю в себя вино. Один бокал за другим. Дерек смотрит на меня и неодобрительно качает головой. Закатываю глаза. Тоже мне друг! Он в мои няньки записался, что ли? Если ему настолько не плевать, зачем нужно было рвать наши отношения?
Все потихоньку рассредоточиваются по гостиной.
– Скоро?
– Неделя, может, две, – она поглаживает себя по животу. – Я хочу завтра поехать в клинику.
– Так рано?
– Я же трусиха, Нора, – Изабель смеётся. – Мне будет спокойнее там, под присмотром врачей.
– Ну да. Понимаю.
Выпиваю вино и пялюсь на опустевший бокал.
– Освежить тебе? – спрашивает он.
Киваю. Хотя бы он не ведёт себя со мной так, будто я хрустальная ваза. Да, они благодарны мне, их семья вернула себе авторитет, но всему же есть предел! Они скоро задушат меня своей заботой.
Андреа забирает бокал, подливает вино и протягивает мне. Выпиваю, ставлю пустой бокал на столик, беру бутылку и выхожу на улицу. Стою на веранде, пялясь на падающий снег, и пью прямо из горла.
– Как ты, Нора?
Отлипаю от стены и оборачиваюсь. Эдриан пристально смотрит на меня, будто хочет разглядеть что-то. Но ничего он не увидит. Я научилась носить маски.
– Ты переживаешь за меня, Босс?
– Конечно.
– Сам же видишь: я уже в строю.
– Я не это имел в виду.
– Не понимаю, о чём ты.
– Ты почти не говоришь ни с кем, постоянно торчишь в тренажёрном зале или в своей комнате. Вижу тебя только на семейных сборищах, – он усмехается.
– У меня стресс.
Делаю большой глоток и прижимаюсь спиной к стене. Ровно стоять становится всё труднее.
– Который ты опять решила залить вином?
– Пф.
Снова припадаю к бутылке. Босс качает головой.
– Ты покурить вышел?
– Нет, за тобой. Ты в одной блузке, зайди обратно, а то заболеешь.
– Скоро зайду. Дай мне минут пять. Хочу побыть одна.