Анатолий скрипел зубами, делал вид, что отвернулся, даже отходил на пару шагов от плиты, поглядывая через плечо на джезву, — ничего не помогало.
И вдруг в самый неподходящий момент, когда подлый кофе вот-вот собирался наконец выдать шапку ароматной пены, в дверь квартиры позвонили.
Анатолий чертыхнулся, схватил джезву и переставил ее на керамическую подставку. При этом он расплескал кофе по столу и немножко пролил себе на ногу.
Звонок повторился. Причем на этот раз он звучал не просто нетерпеливо, а, можно сказать, просто истерически.
— Кого это черт принес? — прошипел Зевако, подпрыгнув на ошпаренной ноге, и подбежал к двери.
Только перед самой дверью он вспомнил, что находится в своем естественном виде, а перед любыми посетителями должен появляться исключительно в гриме хозяина квартиры. К счастью, чемоданчик с гримом находился неподалеку, а навык моментального преображения Анатолий все еще не утратил.
— Сейчас! — выпалил Анатолий в сторону двери, раскрывая чемоданчик.
Он торопливо наносил грим, благополучно преображаясь в Валентина Хруща, а дверной звонок все трезвонил и трезвонил… но с каждым звонком он звучал все слабее и слабее, как будто израсходовал последние жизненные силы.
— Сейчас! Уже открываю! — повторил Анатолий и открыл дверь.
И еле успел отскочить, потому что в открывшуюся дверь буквально упал незнакомый человек.
Человек этот был небольшого роста, плотный и коренастый, с коротко стриженными рыжеватыми волосами.
— Эй, мужик, ты чего? — испуганно пробасил Анатолий и попытался перевернуть странного гостя на спину. — Ты… того… случаем, не ошибся адресом?
Незнакомец снова застонал и перекатился на спину.
На груди у него, под расстегнутой кожаной курткой, расплывалось темно-красное пятно. Он приоткрыл глаза, взглянул на Анатолия и прохрипел:
— Здорово, Валега… вишь, зацепили меня… хорошо, сумел до тебя дотащиться… Это мне еще повезло, что ты нынче не на вахте, ты что — с Кренделем поменялся?
Он зашелся тяжелым мучительным кашлем, при этом на губах крупными пузырями выступила кровавая пена.