Даже на Феокла она смотрела по другому, изредка просила робота читать ей вслух и улыбалась, слушая голос белобрысого эльфа. А живого прототипа андроида мы иногда видели в столовой, неизменно подтянутого, сияющего и, зачастую, в сопровождении какой-нибудь дамы, влюбленно взирающей на него. Хунька в такие моменты отворачивалась и усиленно делала вид, что ее это несколько не задевает, но грусть в глазах спрятать весьма-весьма непросто, особенно от людей, которые хорошо тебя знают.
Наказывать преподавателям было пока некого, да и не за что, и курсанты ходили на соответствующие вахты согласно составленного всунем графика.
Истархова и Вихрова никто из нас больше не видел. Жизнь на новом месте налаживалась, обретая свое русло и размеренное течение.
Глава 21
Подошла очередь нашей четверки нести загадочную вахту в ангаре с кораблями апаньяр. Те однокурсники, кто уже побывал там, считали это времяпрепровождение самым скучным занятием. Да, и правда, сидишь себе один одинешенек среди летательных аппаратов, и нельзя ни уйти, ни поспать. Но не смотря на их рассказы, в душе царил подъем, предвкушение и предчувствие чего-то волшебного.
Первым отправился в ангар Погодин. Мы в это время были на занятиях и с нетерпением ждали его возвращения. Увидели Стаса только в столовой, когда он с битком забитым едой подносом опустился за наш с Хунькой столик.
– Это на самом деле очень тоскливое занятие, – подтвердил друг, – Селедкину Айа хотя бы еды с собой собрала, их четверка дежурила до нас, а я там от голода чуть не умер!
– Да тебя можно неделю не кормить, Погодин, – усмехнулась Хунька, – ты тут на инопланетном харче при спокойной жизни вон какие щеки за неделю наел.
– Так вкушно же, – подтвердил с набитым ртом Стас, – я молодой растущий организм.
– Вширь? – поинтересовалась подруга, – смотри, растолстеешь, ни один ксури не полюбит.
– Язва ты, Фархунда! – парировал Погодин, – не пересмотришь свой характер, так и останешься в девках.
– Да, хватит вам, – пришлось мне вмешаться.