– Они, они, бабушка! – подтвердил Жорик, как будто бы ей это было необходимо. Да догадливости бабы Симы на десятерых таких, как мы, хватит.
– Хорошия! – одобрила нас космическая путешественница, – ня обяжайтеся на старую женчину, но наша та лучче, – морщинистое лицо осветилось улыбкой при взгляде на Айу. Девушка смущенно опустила глаза, – Она? – кивнула старушка на астерийку.
– Она… – подтвердил внук.
– Маладец! – выкрикнула бабулька и хлопнула Селедкина по спине. Даже мы все подскочили от пронзительности ее голоса, – Одобряю! Ты девица ня робей, чай топерича ня чужие! Меня баб Симой кличуть…
– Айа, – улыбнулась Жоркина «мальвина».
– Аюшка-лапушка… – словно смакуя, произнесла старушка, – а хорошо… так и станям велячать! Показуй, унучик, куды итить! Ваш… как яво… лягар! Постоялый двор обещал!
– Я тоже так думала, мой мальчик, – Яванна смахнула слезу уголком платочка, – но Боги сотворили чудо. В наш род вошла связавшая, истинная связавшая моего внука.
– Поздравляю, – процедил Дарин и зло взглянул на нашу с дедом обнимающуюся парочку.
Я не могла спокойно смотреть на лицо «леденца» и вновь спрятала улыбку на груди легара. Дед мягко меня отстранил, усадив на диванчик.
– Дарин, друг мой, – произнес он, вставая за креслом ба, – позволь представить тебе мою связавшую, Вельскую Пелагею, отныне Сорг!
Легар поднес ладонь бабушки к губам и нежно поцеловал, отчего она смутилась и на ее щеках вспыхнул румянец.
– Очарован, фаэра Пелагея, – ответил Элвэ, при этом он поднялся и поклонился моим деду и бабушке, а потом недоуменно взглянул на меня.
А я? Что я? Веселилась, не в силах сдержать улыбки на счастливом лице, ведь не каждый же день твоя родная прапрабабушка дает согласие на брак с твоим же родным прапрадедушкой, причем по любви, которая прошла испытание огромным количеством времени.
– Позволь тебе представить мою дорогую и горячо любимую… – дед встал за моим диванчиком и ведь специально сделал такую длинную паузу! Я смотрела, как в глазах тангира вспыхивает злость, – внучку, Алевтину Верник!
Легар закончил мое представление и, наклонившись, нежно поцеловал в щеку.
– Внучка? – переспросил он.
– На самом деле праправнучка, но для краткости я зову ее внучкой, – ответил пройдоха-дед и отошел к креслу бабушки.