А в последнее время они ругались часто. Помню, за несколько дней до исчезновения Асторьи страшный скандал вышел. Милохор кричал, что запрет ее дома и будет под замком держать, пока дурь из головы не выветрится, а твоя мать ему заявила, что стоит ей только захотеть, в этих землях не найдут больше ни единого самого мелкого алмаза, угрожала его нищим сделать. Потом они вроде бы помирились… Ну а скоро она пропала.
Надо же. Я не помню, чтобы родители ругались.
Может, ей здесь было совсем невыносимо и поэтому она ушла?
– А тот мужчина? Ну, с которым она сбежала.
Надежда была такой глупой, что даже жаль не стало, когда ее задавили. Почти.
– Представить не могу, кто бы это мог быть, – развела руками няня. – Все, кто тогда был вхож в дом, работают с твоим отцом и по сей день. И по твоей маме ни за что нельзя было сказать, что у нее кто-то есть. Она всегда или с Милохором, или с тобой время проводила.
Но почему-то оставила…
Нужно перестать об этом думать. Было бы слишком хорошо, если бы в придачу к свободе я смогла получить еще и маму.
К незнакомке в зеркале удалось притерпеться довольно быстро. Отдельным плюсом ситуации служила возможность в таком виде беспрепятственно покинуть дом. Даже прятаться не придется. Скорее всего, дорогие родственники понятия не имеют, как я выгляжу на самом деле.
Следовало бы радоваться, но я ощутила горечь досады.
Няня повесила мне через плечо еще одну маленькую сумочку из приятной на ощупь коричневой кожи. Там были документы, деньги на первое время и некоторые мелочи из тех, что лучше иметь под рукой.
– Удачи, деточка! – Мерседа крепко прижала меня к груди. – Пусть твой путь будет усыпан алмазами.
Пожелание пришлось кстати, но вот формулировку я бы поменяла:
– Предпочитаю любые другие камни.
Гномка потискала меня еще немного и подтолкнула к двери.
– Будь осторожна.
Я кивнула и выскользнула в коридор.
Сумка приятно оттягивала руку. Тяжелая получилась, от ее веса уже начинало ныть плечо, но это и хорошо. Лишнее доказательство, что все происходит на самом деле, а не является бредом перепуганного воображения. Впереди стлалась предрассветная темнота, она же царила за высокими стрельчатыми окнами.