– Таково было дополнительное условие, – не слишком понятно объяснил он. – Специфика магии ведьм. Там всегда есть дополнительное условие, на котором замыкается все колдовство. Какая-нибудь оговорка, если позволить сбыться которой, все пойдет наперекосяк."
"Вкус еды окончательно перестал ощущаться, хотя драконица упрямо продолжала нас кормить.
– Как это? – Мне же было интереснее вытрясти из мага побольше информации.
– В моем случае – я должен был добровольно отдать свою удачу другому.
Легко сказать! Нет, я, конечно, рада, что осталась жива, но и смотреть, как медленно разрушается тот, кто с каждым мгновением все дороже, тоже не согласна.
– С удачей-то что? – спросила, не особо уже надеясь получить из ответа что-то полезное.
– Ничего. – Ран тоже принялся за еду.
Ненавижу магию. Особенно такую непредсказуемую. Я повторяюсь, да?
– А если к ведьме обратиться? Ну, к той, которая все наколдовала? – Перестать хвататься за соломинку упорно не получалось.
– Больше тридцати лет прошло. Ее давно нет в живых, – отмахнулся Ран. – Других ведьм в пределах досягаемости тоже нет, сама знаешь, они в наших краях не водятся.
Тема удачи, непонятной нам магии и спасения Веорана от действия рахайл на этом была оставлена. Временно, потому что мое упрямство крепло с каждым мгновением. Остаток вечера мы говорили о всякой ерунде: зачетной неделе, последующих экзаменах, моем даре, с которым надо будет что-то делать, новых подружках близнецов и возможности посетить город Рубинов.
А ближе к утру, два часа промаявшись без сна в своей комнате, я прокралась к Рану, устроилась на полу возле кровати и почти до рассвета гладила его по волосам. Они отросли за последнее время и спутались, потому что спал маг теперь беспокойно. Но крепко, по утрам приходилось его битый час тормошить. Так что мое присутствие рядом в неурочный час он вряд ли засечет…
Утром явился дед.