Алый ангел

– Если ты будешь работать на меня, я покажу тебе, в чем ты ошибся. У тебя задатки хорошего фехтовальщика.

– Это невозможно, – быстро ответила девушка.

– Почему? Что тебя держит здесь? Сколько тебе лет? Четырнадцать? Пятнадцать? Такая жизнь не для тебя. Со мной тебе будет лучше.

– Нет.

Кэм не понимал, почему для него это важно. Судьба одного мальчишки не так уж много значила по сравнению с недавними событиями во Франции. Но что-то в этом юноше тронуло Кэма, как мало что трогало, сколько он себя помнил. «Бравада», – подумал Колбурн.

Он почувствовал это, как только парнишка перешагнул порог таверны. Это читалось в наклоне головы, в преувеличенной развязности, в том, как юноша расправлял узкие плечи, будто собирался бросить вызов всему миру. Это было… Кэм отбросил слово «забавно» и заменил его словом «трогательно».

И все же, если бы причина была только в этом, Кэм не кинулся бы вслед за парнем, когда тот выскочил из таверны. Колбурн не хотел пугать юношу. Но как он мог объяснить кому-то нечто настолько неясное, в чем сам не мог разориться? Кэм почувствовал, что в жизни этого парнишки была какая-то трагедия.

Герцог прочел это в огромных выразительных глазах юноши. Обладатель этих глаз готов был получить от судьбы – и от него, Кэма, – худшее, но собирался бороться за свою жизнь и честь до последней капли крови. Парень еще не научился скрывать от посторонних свои мысли. Это придет со временем.

Этот парнишка напоминал Кэма в юности: он занял такую же позицию, чтобы защититься от ударов равнодушной и капризной судьбы.

Кэму не хотелось, чтобы он стал черствым и бесчувственным. Его невинность, назовем это так, стоило сберечь.

«Храбрый, невинный, ранимый», – думал Кэм, ощутив слабый отголосок чувства, которое странным образом смущало его. Колбурн вовсе не был любителем мальчиков, но именно этот юноша вызывал в нем какие-то необъяснимые порывы.

Голос герцога был почти резким, когда он снова обратился к парню:

– Я позабочусь о тебе, присмотрю за тобой. Думаю, тебе понравится Корнуолл.

И я поговорю с твоими родителями, если тебя это беспокоит.

– Нет. Я не хочу уезжать с вами.

Габриель увидела, как едва заметно напряглась челюсть англичанина, и сердце девушки забилось быстрее, отчаянно колотясь о ребра. Если этот человек что-то задумал, ничто не сможет ему помешать. Габриель нервно провела кончиком языка по обветрившимся губам.

Кэм сразу заметил это непроизвольное женственное движение. Брови герцога мгновенно взлетели вверх.