Я опустил ладони на Катину спину и легонько прижал сестру к себе. Видя, что Сашка одиноко стоит рядом, сделал шаг, увлекая за собой Катю, и тут же притянул к себе второй рукой младшую сестру.
— Ты такой тёплый! — прошептала она.
— И такой глупый! — добавила Катя.
— Почему это⁈ — нарочито возмутился я.
— Ну как почему? Зачем тебе идти в ресторан с кем-то, если есть мы? — как-то очень двусмысленно ответила старшая сестра. — Любая из нас обиделась бы сильнее, выбери ты кого-то третьего. Да, Саш?
Прислонив голову к моему плечу, младшая сестра беззвучно закивала.
А я как-то об этом не подумал. Но ведь подсознательно я же старался избегать разговоров про Риту! Значит, понимал. Просто не хотел думать.
Эти слова Кати звучали почти как признание. Вот любят же девушки говорить намёками! Да только у нас, парней, напрочь отсутствует встроенный модуль-переводчик, с помощью которого мы могли бы их корректно расшифровывать.
— А мы чай-то пить будем? — спросил я, когда внезапные обнимашки затянулись.
— Точно! Я же чай заварила! — хихикнув, вспомнила Катя.
— Тогда бегом одевайтесь и за стол!
Моя рука скользнула вниз вдоль полотенец, и я легонько сжал ладонями две ягодицы. От неожиданности сёстры тут же отпрянули и, смеясь, убежали в свою комнату.
Я достал из холодильника коробку с грибной пиццей, переложил на плоскую тарелку три кусочка и поставил их греться в микроволновку. Налил три кружки ароматного травяного чая. А затем отнёс всё на обеденный стол.
Гостиная наполнилась ароматом свежей мяты и запахом целого букета трав.
Стоило мне неосторожно пообещать выбирать сёстрам бельё, как они начали пользоваться этим при каждом удобном случае. К чему бы это? Хотят нравиться? Очевидно! А я шарахаюсь от созерцания их нагой красоты как чёрт от ладана! Наверное, всё потому, что просто не могу себе позволить думать о Саше и Кате не как о своих сёстрах. Не могу? Хм… Но мне же нравится? Да, отрицать очевидное глупо.
❖ ❖ ❖
Допив мятный чай, мы уселись на разложенный диван. Девчонки, видимо, уже приготовились ко сну. Сашка надела на себя длинную, тонкую футболку. А Катя снова напялила пижаму, точнее, только один её верх. У обеих сестёр снова голые ноги.