Ну уж нет! Что-то тут не то! Не станет же заклятый друг моего мужа делать мне заведомо плохо? Или? Искоса посмотрела на него. Стоит, насупившись, на чернь не смотрит. Широкая спина гордо выпрямлена, благоухает сандалом, впрочем, как всегда.
Стражник быстро освободил меня от ржавых железяк и бесцеремонно сдернул с досок. Как и ожидалось, на ногах я не устояла — то ли вывихи имели место быть, а может и переломы. Но твердокаменная рука Ривера не дала мне встретиться с земляным сырым полом, вновь.
— Позвольте Леди Кроин! — подхватил он меня на руки, — Похоже вам для начала нужен осмотр лекаря.
— Для начала, объясните мне, что происходит. — раз уж со мной официально на «вы», тыкать как-то тоже не очень.
И только прикоснувшись к ему ледяному твердому телу, я поняла, насколько мое собственное задеревенело от холода. Ривер, почувствовав мою дрожь, прижал меня еще сильнее, расправляя полы длинного плаща так, чтобы они покрывали и меня, точно я была продрогшим побитым котенком, а он пристраивал меня у себя на груди.
— Сначала осмотр лекаря, а потом всё остальное. — точно не расслышав моего вопроса отрезал он.
Мы поднимались по бесконечным ступеням, которые сначала были земляными, но по мере продвижения из катакомбных темниц вверх, они становились кирпичными, а потом и вовсе бетонными. Стражник молча освещал нам путь, Трэвис невозмутимо нес меня, не проронив ни слова.
Комната лекаря в этой тюрьме, а то, что это именно тюрьма или полицейский участок с темницами в подземельях, я уже не сомневалась — решетки на узких окнах под потолками красноречиво говорили о том, что это не санаторий, а кое-что похуже.
— Проверить! — коротко приказал Ривер и доктор поспешил отпереть дверь обратно. Старый худощавый эльф с длинными ушами, прокряхтел что-то среднее между «добрый вечер» и «идите вы все в Бездну», омыл руки в тазе и приблизился ко мне.
— Что случилось?
— Падение с воздушного судна. Чудом цела осталась. — бесстрастно пояснил Трэвис, и не подумав отвернуться, наоборот приблизился к лежанке.
— Ну давайте, посмотрим, что там у вас, — вытащил лекарь пенсне на длинной золотой цепи, — так болит? — согнул мне руку в локте.
— Да везде болит! — всхлипнула я. Не внушало мне доверие ничего из творившегося вокруг.