Двуспальная украшенная резьбой кровать, стол в углу, полка с книгами, ростовой вещевой шкаф и занавешенное плотными шторами окно. Жителю Земли двадцать первого века эта обстановка показалась бы скромной. Но на Грее всё было иначе. Мою спальню можно было считать в меру роскошной.
Сев на кровать, я отметил, что матрас очень мягкий. Не знаю, что на меня подействовало, но я ощутил слабость и, прикрыв глаза, быстро погрузился в сон. Но, как часто в последнее происходило со мной, всё не то, чем кажется.
Я быстро понял, что на меня подействовало… вернее кто!
— Ну привет, — послышался со спины чей-то голос. И повернув голову я увидел СЕБЯ!
Тьфу, блин, АНДЕРА!
Не веря в происходящее, я ущипнул себя. Но Андер не пропал, и я не проснулся…
На нём был доспех с пробитой грудной кирасой, а на металлических краях отверстия виднелась запекшееся кровь. Его лицо не выражало враждебности, но при этом читалась некая злость, недоверие и обида. И в принципе, если я угадал с его эмоциями, все они были легко объяснимы.
— Привет, — с настороженностью произнёс я. Причём я услышал СВОЙ голос. Не Андера, а свой! Посмотрев на себя сверху вниз, я увидел, что на мне надет мой переделанный и на сотни раз перештопанный бронник «Дублон». Желая проверить наверняка, я ли это, ощупал своё лицо.
И ЭТО БЫЛ Я! На правой щеке был шрам! Уж его-то я ни с чем не перепутаю.
— Закончил? — спросил Андер.
Я пристально посмотрел на него.
— Это реально или мне всё снится?
— Ты про нас или про Грею?
— Про всё.
Он усмехнулся.
— Всё настоящее, — ответил он. — Будет проще, если ты примешь это как данность. И тогда мы не будем тратить время и перейдём сразу к делу.
— Ты ведь не Андер? Бог? — посетила меня мысль. — Тот, из-за кого я оказался в его теле?"
"— Ты что, считаешь, что я Арес? — и видимо поняв, что я думаю именно так, он рассмеялся. — Ахах-хах-ха.
— Когда-то? — переспросил я.
— После гибели на Грее, я попал в другую Вселенную. Не буду тратить время и рассказывать с чем мне пришлось столкнуться, но я выжил и смог провести ритуал по переселению твоей души в моё тело.
— И зачем ты это сделал? Почему сам не вернулся?
— Вернуться… увы, но я не могу этого сделать. И не спрашивай почему. Просто не могу.