Судя по останкам костей, тут был жаркий бой. И только я порадовался, что враг не попадается нам на пути, как из дальней двери стали выходить скелеты.
— Огненный шар! — тут же воскликнул старик. И нежить окуталась красным пламенем.
— «ЧТО ЗА НАХЕР⁈ — с большим охреневанием я наблюдал как ходячие скелеты разваливаются на части. Это происходило сразу, как зелёная шкала исчезала. После чего на каменный пол с грохотом падали объятые пламенем доспехи. — Куда я, бл@ть, попал? Может мне всё это снится? А когда открою глаза окажусь в больничной палате?»
Только сейчас до меня дошло, что кости, которые встречались нам на пути, были «убитыми» врагами! Но это было немыслимо!
— Очищение воздуха, — тут же произнёс Ферн, и густой дым стал развеиваться.
Чем дольше я находился тут, тем больше понимал, что мне это не снится. И то, что я воспринял, как фэнтезийный фильм, оказалось реальностью.
— «Получается, я попаданец? — появилась у меня догадка. — И что за моргающий фиолетовым фонарик загорелся в правом верхнем углу, когда я увидел скелетов?»
С каждой секундой вопросов становилось всё больше и больше.
— Ферн, ты как? — вдруг услышал я голос Аннабель. Она подхватила старика с другой стороны, и тогда я увидел, как с лица старика спадают капли пота.
— За эту ночь я истратил слишком много маны.
— А как же зелье? Выпей, и запас маны восстановится! Истощение в твоём возрасте очень плохо сказывается на здоровье. — Старик виновато отвёл взгляд. И на лице Аннабель отразился страх, вперемешку с гневом и возмущением. Но первого было больше. — Сколько ты уже выпил? — Старик ещё ниже опустил голову. Девушка же не собиралась отставать и повторила вопрос. — СКОЛЬКО?
— Пять, — ответил Ферн.
Она прислонила ладошку к губам.
— Но это же убьёт тебя. С твоим рангом и возрастом употребление даже двух склянок с зельем наносит тяжелый вред! А ты выпил так много и…
На лице Аннабель появились слёзы.
— Тише-тише, дитя. Я прожил долгую жизнь. И это был мой осознанный выбор. Если бы мы с твоим отцом не совладали с костяным драконом, наш дом уже бы пал. Что есть жизнь одного человека по сравнению с несколькими десятками тысяч? Так что… — с каждым словом его голос становился более хриплым.