«Если мне повезет, то ждать меня с зоны не понадобится! — шутя сказал Виктор перед отъездом в Москву. — Этот вариант мне нравится больше, чем думать, что ты могла вернуться в свой бордель».
«Только ради этого ты ищешь решение?»
«А что? Не лестно?»
Дурацкий был разговор. Ни о чем.
— Но это ж не убийство, — медленно сказала Анна. — Его могут выпустить под залог. Ведь могут?
— Нет, моя дорогая. Теперь, когда я взял его за яйца, уже никто ничего не может. Я к Ольховскому давно подбираюсь. Обвинение в коррупции — модная тема.
— Ты — псих! — она нахмурилась. — И карьерист!
— А он подонок. И ты об этом забыла.
— Я помню. Но Танькины показания оформлю, учти.
— Да, — рассмеялся он негромко. — Танькины показания — это серьезно. Ань, тебе это все зачем?
— А тебе какая разница?
— Тебе не кажется, что я — единственный человек, которому есть разница?
— Кажется.
Они стояли на перекрестке. В соседней машине в окно заднего сидения смотрела огромная псина с ярко-розовым языком, свисающим из пасти.
«Тебя когда-нибудь пес е*ал?»
Анна вздрогнула и прошептала:
— Леш, по-твоему, было бы лучше, если бы я тогда сгорела вместе с родителями?
— Ты что? Больная?! — повысил голос Власов. — Даже думать не вздумай!
— Выпусти его, пожалуйста, — попросила Анна.
Алексей скрежетнул зубами. Красный сменился зеленым. Власов надавил на газ, дернул руль, повернул за угол и вырулил машину к бордюру.
— Ты понимаешь, о чем ты сейчас просишь? Ты понимаешь, что он знает, что это ты его посадила? Понимаешь или нет? Мне тебя потом в Неве искать? Или он еще что-нибудь подожжет?"
"— Не говори глупостей! Сейчас все по-другому.
— Как по-другому? Что по-другому? В чем по-другому? Он сожрет тебя и не подавится. Ты же умная девка. Мозги включи! Что он там тебе такое в постели показывал, что ты херней страдаешь?
— Тебе точно не покажет.
— Я не настолько извращенец, чтобы трахаться с убийцей моих родителей, прости господи, — усмехнулся Власов.
— Ну это дааа, — улыбнулась Анна. — Значит, не отпустишь?
— Эта твоя… Танька точно показания даст?
— Даст!
Власов улыбнулся и почесал подбородок, рассматривая ее.
— Ты отдаешь себе отчет в том, что сейчас подкладываешь мне жирную вонючую свинью? — поинтересовался он. — Вместо разоблачения влиятельного политика — уголовщина.
— Не нагнетай. Я прошу тебя всего лишь выпустить его под залог.