Четверо космодесантников из отделения Вадима, должно быть, патрулируют небо над Новочеркасском.
— Аскольд? — голос Васи прозвучал встревоженно.
— Прости, задумался, — хмыкнул я. — Хочу облачиться. Не спится мне. Дай, думаю, полетаю.
Вася и Вадим изумлённо уставились на меня. Эх, не хотел я волновать людей своим странным поведением. Но… Форкх меня дери. Война уже идёт. Пусть мы и не сидели без дела, пусть и предприняли несколько важных шагов, я не могу унять клокочущую в груди жажду.
Жажду битвы, жажду деятельности… Не могу я унять нетерпение, что охватило меня! Ведь после нашей победы… После нашей победы планета Земля будет готова войти в космическую эру.
Спустя полторы минуты в доспех был облачён не только я, но и Вадим.
Когда мы вышли из домика, к нам навстречу спешили десять человек, возглавляемые единственным Гуру Новочеркасского княжества — боярином Алексеем Константиновичем Махмудовым.
Вид этого невысокого мужчины с длинными закрученными усами, напомнил мне о том, что на территории усадьбы Платовых сейчас находятся представители аж трёх княжеских фамилий: Александриты, сами Платовы и Ромодановские.
Забавно, что великий князь Киевский — родной дед Сони и покойного императора Игоря, официально присоединился к нам лишь после этих двух родов. Александр Иванович Аксаков не слишком-то торопливый…
Но я рад, что он всё-таки решился быть с нами.
Минус второй Министр — отец Кати Морозовой. Он передал мне, что имеет желание принять нашу сторону, но не лично, а через своего зятя великого князя Казанского.
Катя же, наоборот, улучив момент, шепнула, что они с нами.
Ну а кроме неё, ещё двое аристократов встретились со мной тайно.
Больше никто к нам пока официально не присоединился.
Убедив Махмудова, что в данный момент усадьбе ничего не угрожает, я наконец взмыл в небо.
Форкх меня дери… Как же здорово.
Чуть сбавив скорость, я открыл забрало, подставив лицо потокам воздуха.
Однако ощущение лёгкости от полёта быстро угасало, уступая место напряжению в преддверии боя.
Я закрыл забрало. Велел подлетевшему Вадиму лететь вправо, а сам направился влево.
Возможно, со стороны могло показаться, что я напрасно жёг топливо. Может быть. Однако я привык полагаться на свои предчувствия и доверять своему внутреннему голосу.