Эта боль породила во мне новый шквал ярких эмоций, хлынувших наружу золотыми молниями Ауры Александритов.
Вибротесак, вибрирующий сильнее обычного от избыточной мощи, плавно пошёл вперёд.
— Ау… — тихо выдохнул Гуру, когда мой высокотехнологичный меч медленно вошёл в его живот. — Не успел… — прошептал он, и…
Мощный поток ветра врезался в мой космодоспех. Бесчисленные ветровые завихрения, подобные клинкам, кружили по моему стихийному доспеху, разрезая его, а затем вгрызаясь и в космодоспех."
"Меня отбросило метров на пятнадцать.
Правда, тут же перекувыркнулся назад через себя и вскочил на ноги.
И осмотрелся.
Мои космодесантники, подержавшие меня лазерным обстрелом и техниками жи́вы, как оказалось, тоже подошли довольно близко к Гуру и их тоже раскидало в разные стороны. Но все же находились они дальше меня и их космодоспехи не пострадали.
А вот мой оказался порядком изрезан. Правда, лишь верхний слой. Как говорится, жизненные коцики — на скорость не влияют.
Так, а где вражеский Гуру? Куда делся этот гад?!
Ага вот он! На байк садится!
И другие мотоциклисты тоже. Форкхово дерьмо! Это что же? Пришли, подрались, а как немного отхватили, тут же бегут? Такой шанс поймать этого подранного Гуру и заглянуть под маску!
— Не дайте им уйти! — услышал я зычный приказ великого князя Казанского. Отец Юли выглядел потрёпанным в бою, но в его глазах пылала жажда крови.
— Стойте! Лучше вам не идти за нами! Это «Сердце Мары»! Понимаете, что это значит? — вражеский Гуру выставил в нашу сторону правую руку.
— Всем стоять! — не своим голосом закричал Евгений Ромодановский.
Форхово дерьмо, судя по реакции великого князя Казанского, артефакт неподдельный и весьма опасный.
— Правильное решение, — одобрительно кивнул вражеский Гуру и повернулся в мою сторону.
Пять космодесантников, возглавляемых космодесантником в изящном тёмно-фиолетовом доспехе, стояли рядом.
— Вы превосходите все ожидания, Аскольд Андреевич. Сегодня победа за вами. Мы уходим. Клянусь. Так что не преследуйте нас, — он красноречиво повёл рукой с «Сердцем Мары». — До встречи!
Через секунду зарычали моторы мотоциклов. Все десять бойцов, так и не раскрывших ни своих имён, ни лиц, устремились вдаль, разрезая темноту июньской ночи мощным светом мотоциклетных фар.
— Ваша светлость! — взмолился один из бойцов великого княжества Казанского.