Знаешь, когда тётушка с матушкой рожали год назад, они… обе несколько дней были совсем уж измождёнными после родов. Особенно тетя.
— Ну ты не сравнивай молодую княгиню-Мастера из рода Александрит с обычными женщинами, — вздёрнула носик Соня.
— Не сравниваю, — хмыкнул я. — Конкуренток у тебя нет.
Она счастливо заулыбалась, продолжая гладить меня по голове. Мне было приятно. Но, казалось, она сама от этого действия получает больше удовольствия. Будто бы одновременно успокаивает нервы и напитывается силой.
— Ну, как всё прошло? — после трёх минут расслабляющей неги спросила жена.
Я подробно пересказал ей то, что было на нашем «мини-съезде». Соня внимательно меня выслушала, а затем свела брови, задумавшись.
Спустя сорок шесть секунд жена хмыкнула и улыбнулась:
— Ты отличный рассказчик, Аскольд. Я будто бы сама побывала на вашем собрании.
— Я старался максимально передать тебе всю атмосферу. Знаю же, как тебе интересно. Ну? Каково твоё мнение?
— Если судить по твоим словам, больше других готовы воевать с Канцлером наше княжество и княжества наших родителей.
— Как мы с тобой похоже мыслим, — улыбнулся я.
— О, я во всём оказалась права? Даже насчёт Аксаковых?
— Даже насчёт них. Семьдесят четыре процента — такова, на мой взгляд, вероятность, что они пойдут с нами до конца в войне с Канцлером. Осторожность не равно нерешительность. С другой стороны, они уже пытались идти против Годуновых… Но в тот раз не дошли до конца, и сейчас один из Аксаковых — министр. Не будь всего этого, накинул бы им ещё восемнадцать процентов.
— То есть по большей части все союзники поддерживают нас? — уточнила Соня."
"— По большей части да. Но я пока не готов при всех озвучивать максимально конкретные планы. Например, то, что всерьёз рассматриваю вариант напасть на Московский Кремль во время княжеского съезда. Хотя Арвин, отец и Антон Иванович уже об этом знают.
Мы снова замолчали.
После нападения на наше княжество мы с Соней сразу обсудили дальнейшие планы.