Правда, стоило ей об этом заикнуться, в разговор вступал Вася… Клянусь, если эти двое когда-нибудь пожениться, их совместная жизнь будет весьма насыщенной.
На перемене после второго урока я вырвался в учсовет, поприветствовать своих «коллег».
— О, вернувшийся чемпион таки решил почтить нас своим присутствием, — Алиса встретила меня ехидной улыбкой. — Проходи, рады тебя видеть.
— С выздоровлением, Аскольд Игоревич, — сдержанно кивнула Софья.
По обыкновению в это время, кроме главы и её заместительницы, никого в кабинете больше не было.
— Благодарю, Софья Антоновна, Алиса, вы обе, как всегда, очаровательны, — настроение у меня было прекрасное, почему бы не одарить дам комплиментами?
— Спасибо, Аскольд. Ты тоже ничего, — усмехнулась Оболенская.
— Благодарю за комплимент и могу сказать то же самое, — кивнула Троекурова. — Хорошо выглядите, Аскольд Игоревич. Стало быть, выздоровели? Как вы себя чувствуете?
— Не переживайте, — я сел на стул напротив девушек. — На турнире выступлю. И выиграю.
— Рада, что вы не изменяете себе и настроены только на победу, — отозвалась Софья.
Потом мы перекинулись парой фраз о предстоящем турнире и согласовали дальнейшее расписание совместных тренировок с Алисой.
— Но только со следующей недели, — внушительно проговорил я. — На этой у меня уже составлен жёсткий план тренировок с моим Наставником.
— Только не переусердствуйте, пожалуйста, — сказала Троекурова. — После болезни нужно осторожно увеличивать нагрузку. Хотя… уверена, ваш Наставник это знает и составил подходящий план.
— И всё-таки, Аскольд, — не унималась Алиса. — Прости за настойчивость, но ты уверен, что с твоим уровнем жи́вы тебе достаточно тренировок с Наставником? Может, всё-таки пересмотришь своё решение и согласишься заниматься с Мастером?
— За настойчивость прощаю, но мой ответ неизменен. Нет, — улыбнулся я. — Уровень жи́вы это одно. А опыт — другое. Опыта у моего Наставника предостаточно.
— Ладно-ладно, — подняла обе ладони вверх, будто признавая поражение, Оболенская, — не давлю.
Княжна Троекурова обречённо вздохнула.
Покончив с визитом вежливости, я пошёл обратно в класс. Идя по коридору, здоровался с лицеистами, мысленно отмечая, что в половине случаев даже не представляю, кто именно меня приветствует. Люди меня узнают, а я их нет. Суровая доля школьной знаменитости.
О, а вот этого я точно знаю. Это Кузя — приятель Алёны.