Меня, как обычно, высадили, не доезжая до лицея, рядом с метро.
Выйдя из поезда на своей станции, я прошёл через подземный переход и очутился на улице. Вдохнув прохладный вечерний воздух, я огляделся в поисках Вадима и сразу его заметил. Он стоял в ста метрах от меня у полюбившегося ему дерева. Но стоял не один. Какой-то мужчина в шапке, надвинутой по самые брови, и высоко поднятым воротником пальто что-то говорил моему товарищу.
Вадим же его напряжённо слушал.
Я уже собирался сделать несколько шагов в сторону беседующих, как меня окликнули:
— Аскольд Игоревич, уделите минутку своего драгоценного времени?
Ко мне обращался мужчина, одеждой похожий на того, с которым разговаривал Вадим — низко надвинутая шапка и шарф, закрывающий половину лица.
И ведь такой внешний вид, в общем-то, нельзя назвать подозрительным — на улице сильный ветер и снег.
— Ну разве что минутку, — улыбнулся я, сунув руки в карманы.
Я сделал вид, что замёрз, а сам включил диктофон, лежащий в кармане — без него я теперь редко выхожу из дома.
Вадим, наконец, заметил меня. Его взгляд был вопросительно-напряжённым. Я уверенно улыбнулся Наставнику и кивнул.
«Всё под контролем».
— Благодарю, Аскольд Игоревич, — проговорил незнакомец, когда мы отошли от входа на станцию метро.
— Пока не за что. Эм… — я сделал вид, что пытаюсь вспомнить, как зовут собеседника.
— Мои имя неважно, Аскольд Игоревич, — спокойно произнёс он. — Важно лишь моё предложение.
— Хорошо, — кивнул я. — Тогда буду звать вас «Мой Слуга».
В глазах мужчины сверкнул гнев, он тяжело вздохнул и терпеливо проговорил:
— Не стоит. Если вам так удобнее, зовите меня, пожалуйста «Борис».
— О, да вы тёзка моего брата, — усмехнулся я, прикинув, что неспроста он выбрал именно это имя.
— Так вот, о моём предложении, — проговорил «Борис», пропустив мою шпильку мимо ушей. — Прежде, чем его озвучить, я хотел бы выразить восхищение вашими успехами. Теперь вы один из шестнадцати лучших юных бойцов всей империи, кроме этого, вы отличник учёбы в престижном лицее, и к тому же учредитель головной компании, которая владеет несколькими другими компаниями.
— А ещё я в преферанс наловчился играть, — с серьёзным видом проговорил я. Не хочется выказывать уважение тому, кто не пожелал даже представиться, как того требуют банальные нормы вежливости. У меня уже огромные сомнения, что мне придётся по нраву его предложение.