- Я предлагаю вам озвучить ее, сэр, чтобы не ошибиться в своих предположениях, - ответил Роттенгейн.
Улыбка Харбора стала еще шире. Затем он положил на стол плотную кожаную папку и покосившись на хозяина дома, спросил:
- Вы позволите?
- Что вы принесли мне? – удивился последний.
- Нечто важное, сэр, - последовал ответ и Джеймс легким движением длинных пальцев развязал тесьму и открыл папку.
- Итак, это документы из банка, - достав несколько листов, перевязанных лентой, мужчина положил их перед Роттенгейном. – Сведения о моих доходах.
Сэр Уильям сдвинул брови и посмотрел на гостя. Тот продолжал улыбаться.
- Да, да, вы правильно все поняли. Но проверьте документы.
- Я вижу печать столичного королевского мага, удостоверяющую подлинность документа, - быстро ответил Роттенгейн и все же прочел бумаги. Что-то бегло, что-то вдумчиво. А еще успел заметить, что сэр Джеймс показал ему не все документы. Еще несколько листов остались лежать в папке.
- Все в порядке? – уточнил Харбор, проявляя завидное терпение.
- Да, - ответил хозяин дома и вернул бумаги владельцу.
- А теперь позвольте мне перейти к сути вопроса, - Харбор вернул документы на место и закрыл папку.
- Недавно на балу я имел честь познакомиться с вами, милорд, и с вашей очаровательной семьей. И я был поражен чудесной красотой вашей старшей дочери, леди Авроры Роттенгейн. Позволю себе заметить, что сразу выделил ее из числа присутствовавших на балу девушек, так как понял, что леди Аврора добра, мила и имеет приятный характер, что очень ценно для жены.
Роттенгейн вздохнул.
- Я прошу вашего позволения ухаживать за леди Авророй и обручиться с ней уже сегодня, - продолжил Харбор уверенно. – Со свадьбой тоже не будем тянуть. Если бы вы позволили, я бы устроил все до окончания этого сезона.
Роттенгейн снова вздохнул.
- Я не могу дать вам ответ без согласия дочери, - сказал он. – Но разрешаю вам поговорить с ней. – Он с сочувствием взглянул на мужчину, понимая, что тот обязательно получит отказ.