Устранить! Разведчик должен появляться и исчезать как призрак — бесшумно, не оставляя следов. Мелочей на войне не бывает! Кто забыл об этом — погибнет.
Группа молчала, ожидая продолжения.
— Бегаете плохо, но все же лучше, чем я думал, — скупо похвалил командир. — Только громко бухаете сапогами. Надо лучше подобрать обувь по ноге. Даю на это час.
— Может, хромовые? — несмело предложил Зверев.
— Кирзовые на двести граммов легче. С парашютом все прыгали? Отлично. Прыгать будем ночью, затяжным прыжком. Главное — не суетиться! Потом всех построю по весу, распределю, кто за кем прыгает.
Все молчали.
— На задание пойдут пятеро, считая меня. Вам, — Волков коснулся плеча Попова, — лучше остаться.
— Почему?
— Все время отставали, прибежали последним, без оружия и выкладки — их принес мой заместитель. Не попали ножом в цель, не имели спичек, забыли флягу на привале… Поверьте, вам лучше остаться. Все! Смените обувь — можно отдыхать два часа.
— Ну как? — кивнув в спину уходящему капитану, спросил Егоров.
— Большой мастер, — поднимаясь на крыльцо, ответил Трофимов. — Надежен, как каменная стена!
— Хлебнем мы с ним лиха, — переворачиваясь на спину и закидывая руки за голову, протянул Зверев…
Колесов ждал Волкова в штабном домике. Молчал, пока тот стягивал с себя грязный комбинезон, а потом тихо спросил:
— Ну как?
— Слабая группа. За полгода я сделал бы из них то, что надо, но… Когда вылетаем? Послезавтра?
— Сейчас звонили: вылет сегодня ночью.
Волков застыл с мокрым от пота комбинезоном в руках.
— Как? Ведь обещали еще двое суток?
— Их больше нет, этих суток, — встал Колесов. — Вечером сдаете документы — и на аэродром. Я приеду проводить…
* * *Вечером перед выездом на аэродром ждали в домике, где жила группа. Колесов собрал документы и сложил их в большой плотный конверт. Уже получили боеприпасы, уложили парашюты.
— Имена, отчества и фамилии — забыть! — прижав ладонью пакет с документами, сказал Колесов.
Зверев не курил.