Причем немедленно!
Русские тоже не боги — тревожная бессонная ночь, погоня, нервное напряжение не могли пройти даром. Наверняка, только оторвавшись от преследования, они сделали где-нибудь в лесной чаще новый привал — им тоже надо отдохнуть и выработать план действий. Если так, то время работает на него, на Гельмута Шеля.
Пока русские будут приходить в себя, он примет все меры к блокированию района. И тогда посмотрим…
* * *Воздух, казалось, густо настоялся на запахе медуницы — сладком, дурманящем, зовущем к неземным грезам, навевающем прекрасные сновидения.
Солнечный луч скользнул по ветке орешника и упал на лицо Волкова.
В стороне, забравшись под густой навес низко опущенных еловых лап, вповалку спали ребята — обняв мешки, прижав к себе автоматы, они сладко посапывали, утомленные бешеным бегом по ночному лесу, треском немецких очередей за спиной, хлопками взлетавших ракет, бесконечной сменой направлений, выматывающей душу опасностью быть настигнутыми врагом.
Поняв, что немцы начали их преследовать, Волков приказал бросить парашюты в овраг — не имело смысла таскать за собой лишний груз, и теплилась надежда, что преследователи не найдут их в ночной сумятице погони.
Теперь у него нет надежного заместителя, нет больше лейтенанта Трофимова, ушедшего во вражеский тыл под псевдонимом Колючий. Нет! А капитан так надеялся на него.
Но если посмотреть правде в глаза, Колючий спас группу, приняв неравный бой, и теперь спавшие под старой елью ребята и сам Антон обязаны ему жизнью — он подарил им ее, отдав взамен свою…
Чутко прислушавшись к звукам леса, Волков, тихо ступая, обошел спящих, припал к земле ухом и напряженно вслушался — древний как мир способ узнавать о приближении врага.
"Не выпуская из рук оружия, он спустился к тихой лесной речушке, наклонился над водой, собираясь умыться.