— Как долетели? — уважительно пожимая руку оберфюрера, спросил он.
— Нормально, — отворачиваясь от ветра, буркнул Бергер. — Со мной Клюге и Канихен, пусть едут во второй машине. На дорогах спокойно?
— Да, — распахивая дверцу автомобиля, заверил встречавший. — Основные банды партизан действуют в стороне от нас.
Усевшись на заднее сиденье, Бергер потер ладонями уши — холодно, черт побери! Рядом устроился Бютцов, и машина тронулась, выезжая на шоссе.
В присутствии водителя не разговаривали. Бергер смотрел в окно, на мелькавшие по сторонам дороги заснеженные поля и перелески.
"Свою карьеру Отто Бергер начинал в газете, работая простым репортером. Как же давно это было, как давно, задолго до первой Мировой войны… Денег в семье катастрофически не хватало, и Отто, тогда учившийся в университете, вынужден был искать приработок.
Не нашел и вернулся обратно в Германию, как раз перед войной. Потом пришлось понюхать пороха, отваляться в госпитале с ранением в руку — и сейчас, бывает, ноет к перемене погоды старая рана, — пережить ужас революции восемнадцатого года. Похоронить родителей и остаться практически без средств к существованию.
Шатаясь без дела по улицам, Отто пристрастился к посещению собраний и митингов — любопытно слушать замысловатые бредни, якобы способные спасти страну, вырвать ее из хаоса и повести к прекрасному будущему. Вскоре он научился хорошо ориентироваться в программах и платформах различных политических группировок, но это не заменяло куска хлеба и тарелки супа. Вспомнив о своих прежних репортерских удачах, Отто накропал статейку о политике, в которой яро ратовал за отмену соглашений стран Антанты по Германии.
С горя направился в пивную, где за одним столиком с ним оказался незнакомый субъект. Разговорились.