Поэтому спрячьте подальше, на всякий случай.
Таня вернулась на третий день — грязная, усталая, она едва двигала ногами и шевелила губами, но глаза на похудевшем и еще больше заострившемся лице с конопатым носиком довольно блестели.
— Ой, а на дорогах немцев, — рассказывала она вылезшему из подпола Слободе, помогая матери разматывать на себе платки. — Наверное, новых пригнали, кругом торчат, и злые, ровно кобели цепные. Я уж хотела вертаться, да попались дядьки с Потылихи, на телегу взяли.
— Это кто же? — поинтересовалась мать.
— Долгушкины. Они в город на базар продукты везли, ну и я с ними пристроилась.
— Нашла? — не выдержав, перебил ее Семен.
Не то начнет сейчас трещать про деревенские новости, рассказывать во всех подробностях, чего видела в Немеже, перескажет все разговоры с неизвестными Долгушкиными, видимо, знакомыми и матери, а про дело либо забудет, либо скажет в самом конце, да и то если не уснет: вон, глаза-то у нее едва ворочаются. Сомлела в тепле и, добравшись до дома, почувствовала себя в безопасности.
— А как же, — гордо улыбнулась Танька. — Нашла. Все сделала, как велели, и Андрея спросила, и слова нужные сказала.
— Какой он из себя? — нетерпеливо перебил Слобода.
— Так, рыжеватый, — она пожала плечами. — Годов под пятьдесят, с бороденкой. Чаем из брусничного листа угощал, говорил, организму от него польза. Про вас расспрашивал долго.
— Про меня? — изумился пограничник. — Откуда же он меня знает?
— Вот, — Танька вынула из кармана листовку.
Семен взял, развернул и не поверил своим глазам — с большой тюремной фотографии на него смотрело его собственное лицо! Ниже немцы обещали две коровы и крупную сумму в рейхсмарках тому, кто укажет местонахождение бежавшего из тюрьмы и разыскиваемого властями опасного преступника Грачевого, или доставит его в комендатуру живым или мертвым.
— Даже в рейхсмарках, — слегка присвистнул он, пряча листовку. — Не поскупились. А как он про меня-то узнал?
— Дотошный, — устало опускаясь на лавку и с наслаждением вытягивая ноги, ответила Танька.
— Про женщину потом, — поторопил Семен. — Дальше давай.
— Ну, попили чаю, поговорили. Дядька Андрей такой обстоятельный, разговорчивый, выспрашивать любит.