Это прорвалась последняя плотина, последний заслон, который моя лайе так усердно удерживала между нами. В момент смертельной опасности она позвала меня – и я услышал, несмотря на все расстояние, что разделяет нас."
"Где она? Что с ней? Это было единственное, что меня сейчас волновало. Мысль о погибшем ""Аргаре"" отошла на задний план, про две спасательные капсулы я вообще думать забыл. В тот момент я словно сошел с ума, даже не заметил, что нахожусь в боевой ипостаси.
Ворвался в рубку, едва не выломав дверь, замер на пороге, тяжело переводя дух.
– Мне нужен доступ к биотрону, – выдохнул, чувствуя, как уплотняется естественная броня, покрывающая тело.
Капитан ""Тианака"" кивнул на свободное кресло:
– У нас проблемы?
Он ввел код доступа к биомозгу корабля, я приложил руку к сенсору, и система идентификации подтвердила мои полномочия.
– Это у меня проблемы, – ответил на вопрос его капитана.
Потом положил обе руки на сенсорную панель и закрыл глаза, сосредотачиваясь на внутренних ощущениях.
В каждом кхаре есть биологический пеленгатор, который активируется только в том случае, если он нашел свою лайе и провел с ней слияние. Поделившись душой и кровью, я оставил в Карине часть себя, ту часть, которая теперь взывала ко мне.
Сейчас я чувствовал мою звездочку, как себя. Чувствовал ее страх, боль, злость и непонимание. Нет, я не мог ввести в навигатор ее точные координаты, но я мог передать свои ощущения пространства-времени биомозгу корабля, а уж он вычислит точку, из которой я получаю ментальный сигнал.
– По вашему запросу в квадрате А-четыре-два-пять-ноль обнаружен неизвестный корабль, – раздался сухой голос биотрона. – С вероятностью 99,99 процента источник ментального сигнала находится на его борту.
– Аолас? – Марро нахмурился еще больше. – Это же симаррская территория…
– В звездной системе Аолас обнаружена только одна обитаемая планета – Блинжар. По решению Конгресса от второго миаля 9785 года по Общему летоисчислению планета была передана под патронат Симарры.
– Блинжар! – я схватился за голову.