Прикусив её нижнюю губу, он начал прокладывать языком тропинку по её телу. Возбуждающий запах масла заводил его до предела. Радос жадно облизал её грудь, нарочно обойдя набухшие соски.
– Чёрт, Рад…
Радос двинулся ниже.
– Почему?..
– Я заставлю тебя изнывать. Умолять меня.
– Но я уже…"
"– О нет, – он продолжал спускаться влажными поцелуями по её дрожащему телу: солнечное сплетение, плавные мышцы пресса, талия, выступающие косточки бёдер. Всё ниже, но не прикасаясь к средоточию всех её чувств.
– Рад, пожалуйста.
– Я только начал.
– Это невыносимо…
– Скоро. Moje víla…*
Лера изгибалась в слепых попытках поймать его язык в самых горячих точках, но Радос был неумолим. Он развёл её ноги в стороны и стал медленно целовать внутреннюю поверхность бедра, с удовлетворением наблюдая, как активно влажнела плоть Леры.
– Skvělý…**
– Радос… – Лера уже всхлипывала от острого желания. – Пожалуйста… Возьми меня…
– Всё, что пожелаешь, – он провёл языком по её истекающей от возбуждения промежности, мягко проник внутрь, заставив Леру громко застонать.
– Да… Да!
Он двигался медленно, даже слишком медленно. Лера уже еле дышала:
– Что ты делаешь…
– Жду, когда начнёшь по-настоящему умолять меня.
Она неистово дёргала руки, запястья уже горели. Внутри Лера пылала, но Радос всё медлил, продолжая сладостно мучить её.
– Прошу тебя… – а потом практически прокричала: – Пожалуйста, сделай это!!!
Радос, демонически улыбаясь, резко ускорился, даря Лере долгожданную эйфорию. Она выгибалась, позволяя ему войти максимально глубоко. Радос безжалостно терзал её, двигался всё жёстче, а потом не выдержал и стал кусать её за грудь и шею, оставляя на нежной коже алые отметины.
– Sladká…***
– Да! – Лера кричала от бешеного восторга, даже не пытаясь сдерживаться. – Да! Радос…
– Да, моя милая…
Леру накрыло густой, тягучей волной оргазма.
Радос прервался в самый последний момент и обессиленно рухнул на неё, придавив к кровати. Лера еле слышно прошептала:
– Рад… Мне нечем дышать.
– Прости, – он перекатился на бок и стянул с её лица повязку. Лера с облегчением вдохнула воздух. По её щекам текли слёзы.