— Из-за резкого оттока силы у вашей дочери сейчас нестерпимо болит голова, а громкие звуки усиливают боль. Это ненадолго, но несколько неприятных минут тьере придётся потерпеть.
Даниэль попыталась разлепить ресницы. С третьей попытки удалось, но только для того, чтобы снова крепко зажмуриться — свет полоснул по глазам, выбив слёзы.
— Надо занавесить окно, — догадался граф.
Набатом раздались шаги, потом скрежет по нервам — отец задвинул шторы."
"И снова бум-бум-бум — по её многострадальной голове.
Ну у отца и походка! Словно ногами в землю брёвна вколачивает!!!
— Дани, девочка моя, что же ты наделала? — произнёс отец, и тьера поморщилась.
— Т-с-с! — снова зашипел второй участник беседы. — Чем тише вы говорите, тем ей легче.
Даниэль никак не могла разобрать, кто это. Хотя выбор невелик — или герцог, или призрак. Скорее второй, потому что она прекрасно помнит — его светлость отбыл из замка дня на два.
Ведь она не могла проваляться в обмороке целых два дня? Или могла?
Между тем полумрак и отсутствие громких звуков действовали благоприятно, и Даниэль чувствовала себя всё лучше и лучше.
Спустя несколько минут девушка смогла не только открыть глаза, но и рассмотреть двух взволнованных мужчин. При этом потолок больше не пытался поменяться местами с полом.
Не ошиблась — напротив неё стояли папа и Релле.
Осмотревшись, тьера поняла, что сама она лежит, вернее, полулежит в кресле. Значит, есть надежда, что с момента потери сознания прошло не так много времени. В противном случае её перенесли бы в спальню.
Наверное.
— Ну и напугала же ты нас! — по-прежнему вполголоса заявил призрак. — Разве можно применять дар без присмотра другого мага? Радуйся, что на тебе Контролёр, иначе…
— Иначе что? — прошелестела тьера.
— Ничего хорошего, — мрачно ответил призрак. — Пообещай, что пока мой правнук не поможет тебе с каналами и резервами, ты больше не будешь прибегать к родовому дару!
— Я…
— Пообещай! — надавил Релле голосом.
— Папа?!
— С твоим отцом всё в порядке.
Даниэль приподнялась и нашла отца взглядом.
Действительно, омолодился — крепкий мужчина, что стоял возле её кресла, разительно отличался от того человека, которого она встретила несколько часов назад.