А твоя Элла будет молчать, потому что у нее во рту постоянно член кого-то из Ройалов.
Рука Уэйда перехватывает мой удар. Если бы это был только один Уэйд, мне бы удалось отделаться от него. Но появляются еще два парня из моей команды, хватают Дэниела и оттаскивают прочь, а он все никак не может заткнуться.
– Ты теряешь свою власть над школой, Ройал! Скоро ты не будешь королем.
Как будто мне есть какое-то дело до школы.
– Утихомирься, – предупреждает меня Уэйд. – Сегодня у нас игра.
Я выворачиваюсь из его хватки.
– Этот мерзавец пытался изнасиловать мою девушку.
Уэйд моргает.
– Твою девушку?.. Погоди, ты хотел сказать, твою сестру? – У него отвисает челюсть. – Ох, мужик, ты закрутил со своей сестрой?
– Она мне не сестра, – рычу я. – Мы не состоим даже в дальнем родстве.
Я отталкиваю Уэйда и наблюдаю, как Дэниел садится в машину. Похоже, он не уяснил урок, который преподали ему Элла и несколько ее друзей, когда раздели его и связали, чтобы отомстить за то, что он проделал с ней.
Но в следующий раз, когда наши пути пересекутся, он так легко не уйдет.
* * *Пока тренер обсуждает с Уэйдом, нашим квотербеком, последние изменения, я сосредоточенно наматываю пластырь сначала на одну руку, потом на другую. Мой ритуал перед матчем остается неизменным с тех пор, как я начал играть в американский футбол, и обычно эта рутина помогает сконцентрироваться, сфокусироваться только на том, что будет происходить на поле.
Одеться, наклеить пластырь, послушать музыку. Сегодня это 2 Chainz и Канье Уэст, которые просят меня похоронить их рядом со шлюхами.
Но ритуал не срабатывает. Я могу думать только об Элле. Одинокой. Голодной. Напуганной. Окруженной похотливыми парнями в стриптиз-клубе или на улице. Сцены, которые описывал мне Истон на автовокзале, продолжают снова и снова всплывать в голове. Над Эллой надругались. Элла плачет. Элле нужна помощь, но никто не отзывается.
– Ты еще с нами, Ройал?
Резкий окрик приводит меня в себя, и я поднимаю глаза на раздраженное лицо тренера.
Истон, который стоит напротив меня, делает знак пальцем: пора заканчивать и выходить на поле.
– Да, сэр.
Через короткий тоннель, вслед за играющим в поло Гейлом Хардести и его лошадью, мы выбегаем на стадион. Удивительно, как за все время, что продолжается этот балаган, никто из нас не наступил в лошадиное дерьмо.
Я бью обмотанным пластырем кулаком в ладонь другой руки. Истон подбегает ко мне.
– Разгромим уродов!
– Еще как!
Сейчас между нами полное взаимопонимание.