— Вы серьёзно? У меня дома личная горничная, портниха приезжает дважды в неделю. Папа обещал к Рождеству подарить…
Девушка замолчала. Посмотрел на мать и увидел, как поникли плечи матери. Вся её надежда рассыпалась от этих капризных слов. Что же задумала сестра?
— А тут что? — Алёна обвела рукой зал. — Старые стены, минимум мебели. Да, можно сделать ремонт, что-то переделать. Но это всё равно будет… — она подбирала слово, — простенько.
— Зато свободно, — тихо произнесла мать.
— Свободно? — рассмеялась Алёна.
Она подошла ко мне, чмокнула в щёку:
— Без обид, Кирилл, но я привыкла к другому уровню жизни."
"Коля, стоявший в дверях, отвёл взгляд. Алёна же, словно не замечая, какую боль причинила матери, уже доставала телефон:
— Кстати, мне пора. У меня сегодня примерка нового платья. Папа заказал из Милана.
* * *Оскар Догерти магистр и командир Кельтских Псов.
Кулак врезался в стену старого дома, и она рухнула.
Бойцы Кельтских Псов с сочувствием и страхом смотрели на своего командира. Они не решались спросить, в чём дело, и просто наблюдали, как он крушит дома в заброшенном посёлке. Месте, где они залегли на дно.
Оскар Догерти же рычал, плевался, и лупил всё, что подворачивалось под руку, а иногда и под ногу. Его отряд провалил заказ на графа Орлова. Более того, они понесли приличные потери. Уже этого было достаточно, чтобы объявить Орлова личным врагом, так ещё и заказчик отозвал заказ.
Деньги им, конечно же, заплатили. Но репутация? Кто вернёт им репутацию? Какой-то мальчишка вышел из боя без единой царапины, а кто его защищал? Какие-то бандиты. И они смогли ликвидировать четверых бойцов…
Оскар Догерти собирался вернуться обратно на туманный Альбион, но перед отбытием он решил довести начатое до конца. Отомстить Орлову и восстановить репутацию.
Больше недели он выслеживал пацана. Подгадывал момент, когда рядом не будет никого из аристократов или жандармов.
Граф третьего ранга и слуга второго. Что может быть легче для магистра?
Как оказалось многое, но не это.
Оскар Догерти не понимал, как Орлов смог пережить несколько прямых попаданий. Но больше всего ему было обидно за обман. Он поверил, что убил Орлова, когда огненный бык впечатался тому в спину. Поверил и пошёл не спеша.