В звенящей тишине Президент неспешно прошёл к окну, остановился, заложив руки за спину, и посмотрел на пустынный, идеально чистый и залитый солнцем двор. Только два сотрудника Федеральной службы охраны в пиджаках и галстуках прогуливались по широким асфальтовым аллеям. В зале было прохладно, не больше двадцати градусов, поэтому казалось, что и во дворе тоже прохладно, но Президент понимал, что на самом деле эти двое изнемогают от жары в костюмах и сбруях со спецснаряжением. Хотя виду, естественно, не подают.
— Да, это вопрос политический, — веско произнёс Президент, и три участника совещания что-то записали в своих блокнотах, хотя перед каждым стоял открытый и включённый ноутбук. — Напряжённость между двумя державами нарастает… Соединённые Штаты Америки привыкли к доминирующей позиции в мире. А Россия долгое время довольствовалась ролью скромного созерцателя. Теперь положение меняется. И создание супермобильного ракетного комплекса помогает нам изменять это положение.
Директор ФСБ, министр обороны и министр путей сообщения старательно записывали, как будто конспектируя каждое слово Президента.
— Как проходит взаимодействие военных и железнодорожников? — Президент вернулся к столу и сел на своё место. Тугой узел тёмно-синего галстука сбился немного набок, и он подправил его лёгким, быстрым движением руки. Пригладил светлые волосы и по привычке сцепил пальцы в замок. Взгляд его серых стальных глаз, не мигая, устремился на Абросимова.
Министр путей сообщения вскочил, будто подброшенный пружиной.
— Мы расцениваем движение поезда как важнейшее государственное задание, товарищ Президент. Малейшая задержка, малейший сбой влекут острую реакцию. Например, за пятиминутное нарушение графика был снят с должности начальник отделения дороги.
— Хорошо, — Президент кивнул. — А что скажут военные?
Министр обороны тоже вскочил, а поскольку предыдущие докладчики так и не садились, то все трое оказались стоящими навытяжку и держащими на весу блокноты с нацеленными в них ручками.
— Как правило, все вопросы взаимодействия решаются удовлетворительно, — сказал руководитель военного ведомства. — Бывают, конечно, какие-то шероховатости и сбои…
Главный железнодорожник напрягся.
— Но мы решаем их в рабочем порядке.
— Хорошо, — Президент кивнул ещё раз.