Атомный поезд

У нас на орбите болтается экспериментальный спутник по программе «Зевс-громовержец». Планировалось, чтобы он отбомбился на полигоне. Но жизнь вносит свои коррективы…

Мачо в изумлении положил вилку.

— Вы же не станете бросать ракеты и бомбы на территорию России?

Фоук чуть заметно улыбнулся.

— Конечно, не станем. Это же агрессия, повод к войне. Но причину никто не установит. «Мобильный скорпион» просто взорвётся. Фу-ух! — и все!

Ну и ну! Ошарашенный Мачо вновь взялся за свой стейк. Ему неоднократно приходилось нарушать законы других государств, но он всегда действовал как частное лицо и при провале не мог рассчитывать на поддержку Фирмы.

От него бы все отказались, потому что США не имеет ничего общего с преступниками. А бомбардировка «Мобильного скорпиона» чревата крупным международным скандалом! Впрочем, это проблема не его уровня, и он тут же выбросил её из головы.

— Мне кажется, соус недостаточно острый, — озабоченно заметил начальник русского отдела.

— По-моему, вполне нормальный.

— У тебя остался контакт с «Аль-Каидой»? — тем же тоном спросил Фоук.

— Угу, — промычал Мачо с набитым ртом."

"— Надо будет задействовать и их возможности для уничтожения «Мобильного скорпиона». Это резервный план «Зет». Тебе придётся встретиться со своим человеком…

Мачо поморщился. Точно так, как когда поворачивал ключ зажигания.

— Мне бы не хотелось иметь дело с этим зверьём…

Фоук пожал плечами.

— Мы сами вырастили этих зверей. Мы и русские. Потом они сорвались с поводков и теперь доставляют беспокойство всему цивилизованному миру.

Но было бы глупо не использовать их в своих интересах.

Мачо поморщился ещё раз. Но ничего не сказал. Обед удался на славу. Через час они разъехались в разные стороны.

***— Я вас внимательно слушаю, Евгений Романович, — лицо и тон командира части были менее доброжелательными, чем обычно. Полковник Булатов сидел прямо, смотрел строго официально и говорил холодно. Так он общался с проштрафившимися подчинёнными.

Это усилило волнение Белова. Он и так тяжело дышал, лицо раскраснелось, будто он только что отмахал аттестационную стометровку.

— Я могу отказаться от стажёра? — внезапно выпалил он. — Персонально — от старшего лейтенанта Кудасова?

Булатов ослабил жёсткий воротник новой форменной рубашки.

— Чем вас не устраивает Кудасов?

— У нас несовместимость характеров, — промямлил Белов. — И вообще…

— Что «вообще»? — командир части повысил голос.