Что же это? Птица напряжённо соображал, пока не понял — это ствол незнакомого огнестрельного оружия! Будто подтверждая этот вывод, трубка пыхнула огнём, и сильнейший удар в голову сбросил бездыханное тело с крыши спецвагона.
Прапорщик Свиридов был дежурным наблюдателем смены охраны и сидел перед экраном кругового перископа. Но внимательно смотреть восемь часов подряд у него не хватало терпения. К тому же сильно чесалась нога, не как от укуса комара, а как от какой-то инфекции. Уж не грибок ли он подхватил в гарнизонной бане? Он задрал штанину и посмотрел, в чём там дело.
Он машинально взглянул на экран и обомлел: в окуляре крутилась какая-то жёлтая муть, сквозь неё, совсем рядом, проглядывала какая-то рожа с огромными выпученными глазами. Да это противогаз! Его как током ударило…
Раз! Палец нажал гашетку. Короткая очередь разорвала резиновую маску пополам, забрызгав объектив красными пятнами.
Два! Палец нажал кнопку «Нападение». Во всех отсеках взвыли сирены и замигали красные лампочки. Одновременно раздались звонки и замигали жёлтые лампочки химической тревоги.
А машинист увидел, как впереди вспучилась дыбом земля, вскинулись вверх стальные полосы рельсов, взлетели обломки шпал. Он включил экстренное торможение и нажал кнопку общей тревоги. Высекая снопы искр заклиненными колёсами, состав с душераздирающим скрежетом тормозил, неуклонно приближаясь к взорванному участку дороги.
— Боевая тревога! — гремел в отсеках голос Ефимова. — Смена охраны, к бою! «Чёрные автоматчики», к бою! Личному составу получить оружие и занять оборону.
Как раз в этот момент Аеб, тщательно прицелившись, выстрелил из гранатомёта.