Предыдущий раз встречались возле Ниппура, если не ошибаюсь. Меня тоже трудно с кем-нибудь перепутать. Видимо, сотник точно знал, что я не примкнул к Ардамулишшу, поэтому, подъезжая, сперва смотрел на меня удивленно, а потом, видать, подумал, что я решил примкнуть к ним.
Поздоровавшись, я сразу разочаровал его и подтянувшихся следом двух воинов:
— Я служу Ашшурахаиддину. Приехал потолковать с вами. Не нравится мне убивать тех, с кем раньше сражался плечом к плечу.
В отличие от большинства старших военачальников ассирийской армии, я не отсиживался в тылу, а всегда был в первой шеренге и рубился лучше остальных.
— Да нам тоже не по душе, но так получилось, — признался он.
— Я понимаю. Поверили россказням отцеубийцы и клятвопреступника, пошли за ним, а теперь не знаете, как выпутаться. Пока за вами никаких серьезных грехов нет, можно и назад вернуться. Договорюсь с Ашшурахаиддином, чтобы простил вас, вернул на службу, — предложил я.
— Это он тебя прислал? — задал вопрос сотник.
— Нет, — ответил я. — Армия прибудет дня через два-три. Так что у нас есть время договориться, чтобы я пришел к Ашшурахаиддину с реальным предложением, что вот парней сбили с толку, но они одумались.
— А он послушает тебя? — произнес с сомнением сотник.
— Его отец слушал мои советы и сыну говорил делать так же, — выдал я приукрашенный вариант.
— Кто его знает, надо подумать… — с сомнением произнес он.
— Подумай, поговори с другими командирами.
Сотник посмотрел на меня подозрительно.
— Не бойся, я подлости своим соратникам не устраиваю, — успокоил его. — Под моим командованием сейчас всего одна сотня. Я раньше приехал. Из Халеба сюда ближе.
— Хорошо, я поговорю с остальными нашими, — пообещал он.
Значит, вражеская армия разделена на «своих» и «чужих», перемешаться не получилось. Это хорошо для нас.
65
Ассирийская армия под командованием Ашшурахаиддина прибыла через два дня.