Центр должен иметь охранные системы, а тут пусто, как в гробу.
– Какой-нибудь запасной выход. Сам говорил, что логика старогеев отличается от человеческой. Они уверены, что для охраны базы достаточно «осьминогов».
– Ладно, проверим, куда ведёт этот люк.
Перепонки оказались весьма прочными, поэтому пришлось прибегнуть к помощи ножа. Вербов очистил отверстие в полу помещения, просунул в него голову, жалея, что под рукой нет беспилотника.
Сначала показалось, что он заглянул в глубокий колодец, заполненный жидким мраком.
– Вот дьявол!
– Что ты увидел?
– Похоже, внизу помещение больше того, где мы с тобой.
– Давай я пойду первой.
Вместо ответа Вербов просунул в отверстие торпеду гидроцикла и пролез сам, включая фонари, нашлемный и скутерный.
Столбы света разогнали мрак.
Помещение действительно оказалось большим, занимая, очевидно, всю нижнюю часть конуса.
Высота помещения достигала трёх десятков метров, диаметр самой широкой части – полусотни метров. Понять его предназначение было трудно, если учесть, кто его строил.
– Резонатор, – проговорила Богушанская со смешком.
– Как? – заторможенно переспросил Вербов.
– Вся эта конструкция напоминает волновой резонатор, а весь конус – антенну. Я хоть и не радиоинженер по образованию, если ты помнишь, но кое-что читала и мыслю стандартно.
– Мыслишь ты раскованно, мне бы никогда не пришла в голову идея резонатора. Хотя я не уверен, что речь идёт о радиоволновом резонаторе.
– Может быть, это инфразвуковой излучатель. Ведь кто-то же формирует импульсы квакеров?
Вербов с возросшим интересом поводил лучом фонаря по чешуйчатым стенам.
– Инга, ты гений! Ей-богу, мы внутри инфразвукового комплекса. Но тогда надо поскорее удирать отсюда.
– Почему?
– А если владельцы вознамерятся включить квакер? Что от нас останется?
Богушанская передёрнула плечами.
– Сообразила… Лучше смыться… С другой стороны, непонятно, зачем старогеям понадобилось устанавливать антенну квакера в подземном зале.
– Спросим, если встретим.
Девушка рассмеялась.