Звездно-полосатый флаг приближался: сто метров, семьдесят, пятьдесят… Из-под шапки катились струйки пота, но он не мог шевельнуться, пальцы окостенели, пульс перевалил за сотню. Так и получают инфаркт или инсульт… Скорей бы все закончилось…
«Волга» поравнялась с флагом. Онемевший палец нажал кнопку, в голубом окошке побежал зигзаг отправления, в ту же секунду зеленая лампочка замигала желто-красным цветом. Значит, какие-то энергетические поля перебивают сигнал, временами заглушая его совсем… Следовало продублировать передачу, но человек впал в панику: вместо того, чтобы передвинуть клавишу и повторно нажать кнопку, он вдвинул обратно антенну и, даже не выключив передатчик, закрыл дипломат.
Казалось, что ничего не изменилось. Ровно гудел мотор «Волги», мерно двигался за окнами транспортный поток, менялись огни светофора, безразлично выпускал табачный дым водитель. Но это обманчивое впечатление. Произошло нечто ужасное, словно небо обрушилось на землю.
Его засекли!
Как удалось это сделать – неизвестно, но факт налицо!
Ни при одной из предыдущих передач не возникало никаких помех.
Значит, его запеленговали?!
Бицжеральд уверял, что это невозможно, но его слова ничего не значат!
У американца дипломатический паспорт, и ему не пустят пулю в затылок в темном сыром подвале!
Что же делать?
Что делать?!
Что делать?!!
– Мы приехали, – раздался откуда-то из другого мира голос шофера. – Вот зоопарк.
– А? Что? Да, да…
Голос был таким, что водитель обернулся.
– Вам плохо? Еще чего не хватало… У меня совершенно нет времени!
Сейчас у тебя появится время. Распахнется дверь, ловкие жесткие руки выбросят пойманного шпиона на дорогу, наденут наручники. А водитель превратится в важного свидетеля, он будет испуганно оправдываться и проклинать ту минуту, когда посадил в машину замаскированного врага!
Мысли шевелились вяло, как засыпающие рыбы. Осознание краха всей жизни парализовало ожиревшее тело. Зачем он с ними связался? Чего ему не хватало? Он достиг вершин, получил солидную должность, генеральские погоны… Теперь придется падать с высоты: позор, мучения, смерть…
– Правда, я не могу вести вас в больницу.
Никто не распахивал двери, не крутил ему руки, не звенели наручники. Оцепеневшее сознание сделало вывод: значит, его не запеленговали! Надежда подействовала, как укол стимулятора.
– Да, да, я выхожу. Мне уже лучше.