Бабочка под стеклом

— Ты меня не слышишь?

— Слышу, но ничего заслуживающего внимания ты не сказал. — Гранович нехорошо усмехнулся. — Или ты спохватился?

— Это моя семья, а не твоя.

— Ты сейчас об этом вспомнил?

Игорь отступил от него, кинул едкий взгляд исподлобья.

— Ну, конечно, Маринка поплакалась, наверняка. Я ведь такая сволочь, я детей бросил, я её бросил. Вот только я детей не бросал. Я ради своих детей всё делаю!

Дима рукой махнул.

— Меня избавь от этих разговоров, мне абсолютно всё равно ради чего или кого ты что-то делаешь.

Это не моё дело. Тем более отчитываться передо мной не надо. Но я сейчас и здесь могу сказать, что будет лучше для твоего сына. Если он на самом деле решит, — не сейчас, а через несколько лет, — войти в бизнес деда, то Николай Викторович для него сделает всё, и Антон будет учиться в Москве. Или не в Москве, а где-нибудь подальше, — выразительно проговорил он. — Я здесь не при чём. Я его не уговаривал и золотые горы не обещал. А если он… Если он не хочет идти по твоим стопам, то в этом я точно не виноват. И вообще, что ты пытаешься мне сказать? Чтобы я к твоей, — с особым выражением проговорил Гранович, — семье не подходил? Так ты опоздал. И кто ты мне такой, чтобы я тебя слушал?

— Ты ведь уедешь, — Игорь сверлил его злым взглядом, — ты уедешь из нашего города. А Маринке голову морочишь. И чем ты лучше меня?

Дима бейсболку на голове поправил, приподнял козырёк.

— А это точно не твоё дело.

Игорь заметил сомнение в его взгляде, недоверчиво усмехнулся.

— Или ты думаешь, что она поедет с тобой?

— А ты думаешь, что не поедет?

Напротив сервиса остановилось такси, Дима на машину оглянулся, но напоследок ещё раз на Игоря взглянул.

— У тебя нет права вмешиваться. Не ты решаешь.

— Зря ты так думаешь.

— Уже смахивает на угрозу, — пробормотал Дима себе под нос, направляясь к такси.

Марине он так и не рассказал о таком интересном разговоре с её бывшим мужем. Она бы разволновалась, Дима точно знал, к тому же, он не совсем представлял, как ей передать правильно интонации и некоторые фразы.

Ведь то, что Игорь раскаялся и уже жалеет о случившемся недавно разводе, было ясно, как Божий день, по крайней мере, для Дмитрия. Марина же всегда от таких заявлений с его стороны отмахивалась, от разговора убегала, и это Грановича несколько настораживало. Понимал, что ещё немного, и им всё-таки придётся поговорить начистоту. А уж сейчас, после угроз Игоря, вполне реальных, надо сказать, становится понятно, что поговорить им придётся довольно скоро.