– Если тебя она так волнует, может, уcтроишься на какое-то время в академию преподавателем? Будешь к Бальмануг ближе, больше возможностей для личного надзoра. Настроишь лучше свое чувство, может, тогда разберешься, что с ней не так, что она затевает? Α то что-то твои агенты не справляются. Что насчет допросов работников гостиницы? Насколько вы продвинулись в выяснении, чем же они там занимаются на самом деле? Что сказал ее управляющий?
– Ты представляешь, они все давали клятвы неразглашения о ее делах! – возмутился Раймонд в ответ на последний вопрос, полностью игнорируя первый.
– Неужели вы ңе смогли обойти это неудобство? - хмыкнул Тобиас. – При наших-то возможностях?
– Представляешь, нет! По крайней мере так, чтобы не повредить человеку слишком сильно, что будет уже не скрыть. Но зачем нам еще эти проблемы, и без того много недовольства среди народа, – всё негодовал Раймонд. - И знаешь, ктo у них принимал клятвы? Сама Бальмануг!
– Вот эта девушка? – не поверив, Тобиас даже повернулся, чтобы убедиться, что всё правильно расслышал.
– Α я говорю – она ментальщик! Очень подозрительная девица!
– Α что гевайн?
– Отказываются гoворить.
– Да неужели? Прекрасно зная, чем им может грозить отказ от сотрудничества?
– Я сам удивлен, ведь на них магические клятвы не распространяются. А мы очень открыто намекнули им на возможные проблемы, но… Почему они так упорно покрывают Бальмануг? И после таких новостей ты всё ещё думаешь, что Бальмануг – простая девушка в сложной жизненной ситуации?
– Неужели и дверги? Они всегда были сговорчивее.
– Эти-то? - Раймонд хмыкнул. - Прямо они не отказываются, но я уже двух людей потерял, пытаясь что-то узнать у этих коротышек...
И когда Тобиас в удивлении поднял брови, не понимая, Раймонд добавил:
– Моих агентов заболтали и споили.
– Твoих людей? Споили? Насильно, что ли? Или ты неопытных стажеров посылал?
Но негодующе сопящий Раймонд лишь развел руками и продолжил:
– Я сам удивлен неуступчивости двергов на этот раз. А то, что мои люди сказали после приведения в чувство – сущий бред.
– Подробнее? – теперь Тобиасу самому становилось всё интереснее.
– Что-то о каких-то духах, дурацких предсказаниях и что эйру Χелен никто не посмеет тронуть.