Придётся начинать заново… Упор лёжа принять! Всем, а не только Горюнову! Быстро, коровы тупые!
Лёгкий стон пронёсся меж коек, но приказание выполнили все. Как и ожидалось, уже порядком замученные претенденты не смогли продержаться и минуты. Прапор остановил отсчёт и приказал начать заново. Естественно, раз за разом становилось всё хуже и хуже. В конце концов, даже свеженький я не смог подняться с пола.
— Вот видите! — голосом строгого, но любящего отца, отчитывающего нерадивое дитятко, стал разглагольствовать он. — Из-за вашей лени и плохой подготовки мы не успели на построение.
Гробовое молчание. Оно и понятно: кто первый вякнет, тот и огребёт. Но если промолчат все, то к этому тоже инструктор придерётся.
— Есть два варианта, — решившись, подал голос я. — Первый — простой и лёгкий: устроить построение чуть позже положенного. А потом сократить обязательный марш-бросок, чтобы нагнать режим дня.
— Верно. Очень примитивно, — кивнул он, ожидая продолжения.
— Второй вариант: неожиданный. Устроить показательное выступление, чтобы мы, недалёкие претенденты, поняли разницу между нами и настоящими курсантами. Прониклись, так сказать, духом Императорской Школы Спасателей. А то как-то вы в прошлый раз меня не впечатлили.
— Хамишь, Горюнов?
— Никак нет! Просто младший по званию не может лгать старшему.
— Молодец! — ухмыльнулся Станов, — Попытка хитрожопости засчитана! Я даже согласен с твоей идеей о показательных выступлениях. Только показывать будут не вам, а на вас.
Достав телефон из кармана, инструктор проговорил в него:
— Медицинский дежурный пост? Там у входа группа третьего курса стоит.
Потом он обвёл нас всех довольным взглядом и продолжил наставления.
— Сейчас мы проведём учебно-показательный бой. Двадцать претендентов против семерых курсантов. Учебный он потому, что ошибку выбора стать спасателем вы прочувствуете на собственной шкуре.