Ровно через четырнадцать минут уже стоял в строю.
— Можешь, когда хочешь, — скривилась деваха в погонах, наблюдая довольного меня в новенькой, ни разу не надёванной форме.
— Благодаря вашему приказу! Спасибо, госпожа лейтенант! — браво отрапортовал я.
— А без моего приказа нельзя было?
— Никак нет! Руки были связаны!
— В смысле?
— Ну, вы же сами дали вводную: действовать так, как хочу.
— И?
— Пошлите кого-нибудь развязать каптёрщика.
— Ты что⁈ Напал на старшего по званию⁈
— Никак нет, госпожа лейтенант! Выполнял ваш приказ! Спасибо ещё раз за него от всего претендентского сердца! Задолбался уже с этими бюрократами возиться, а вы такой шанс и приодеться, и поквитаться с ними предоставили.
— Твою ж мать… Горюнов! Ночь карцера!
— Есть ночь карцера. Только одежду не отбирайте. Боевой трофей, как-никак."
"Придя в карцер, ожидал самого худшего. Зайдя в него, увидел, что всё, начиная от пола и заканчивая потолком, покрыто разноцветными кляксами. Очень яркое освещение режет глаза. Как только за мной закрылась дверь, то сразу же раздался звук, похожий на надоедливое жужжание комара.
Жду своих обещанных фобий, но они не хотят появляться. Так и заснул в углу, зажав руками уши.
Наутро вышел свежий и почти отдохнувший. У двери стоит моя любимая доктор.
— Как самочувствие? — беря за руку, тревожно спрашивает Шуал Таур.
— Спина затекла, а остальное в норме.
— После карцера нормы не бывает. Хотя… Блин! Я самая глупая рыбка из всех! У тебя же минус Дар, поэтому никакому внушению не поддаёшься! Надо будет сказать, чтобы больше сюда не сажали.
— Может, промолчишь?
— Нельзя, Данила. Хватит с тебя и отдыха в больнице. Сбор данных по каждому претенденту должен быть полным. В следующий раз готовься к иным наказаниям.
Глава 10
Два месяца спустя.
Кабинет начальника Имперской Школы Спасателей.
— Геннадий Григорьевич, — почти официально обратился к генералу Ростоцкому полковник Якутов. — Завтра сдача экзаменов у претендентов, и я вас не просто так позвал похвастаться своими успехами.
— Чувствую, что из-за моего протеже, — также серьёзно ответил генерал.
— Именно. Это ходячая аномалия. Он сломал весь наш план подготовительной работы для абитуриентов. Виданное ли дело, чтобы третьекурсники отказывались учить мясо. Не всё, конечно, но Данилу стараются не трогать.
— Боятся?
— Нет. Принимают за своего. Лупят, естественно, но даже злейшие враги в лице курсантки Палкиной делают это неохотно.