Правда, когда я добралась до берега, есть мне резко расхотелось. А все потому, что Роар, закончив с разделкой, в этот самый момент спустился к воде и, закатав штанины до колен, принялся полоскать испачканную рубашку. При этом стоял волчонок ко мне спиной, демонстрируя не только обнаженный торс, но и крепкие ягодицы. И выглядел до того соблазнительно, что я, каюсь, не утерпела. Даже облизнулась, глядя на молодое здоровое тело. А затем припала к земле, подкралась и прямо с берега прыгнула, обеими лапами цапнув стройные мужские бедра и от души куснув парня за аппетитную попу.
Мр-ряу!
Не ожидавший такого волк буквально взвизгнул, рванулся прочь и, не удержав равновесия, с шумом плюхнулся в воду. На мгновение ухнул туда с головой, подняв тучу брызг. Пробулькал что-то нецензурное. Но тут же вскочил, проворно развернулся и при виде скалящейся меня совершенно искренне возопил:
– За что?!
Я едва не закашлялась от смеха.
Что значит: за что? Захотелось, вот и укусила.
И незачем так сверкать глазами. Крови нет, ран нет, ничего я ему там не прокусила. И вообще, пусть спасибо скажет, что не выпустила когти, не то пришлось бы во второй раз просить богиню об услуге.
– Что случилось? Роар, ты чего орешь? – спросил Наран, поспешно выметнувшись на берег.
Я закашлялась еще сильнее и одним прыжком вернулась к кустам, чинно усевшись на землю и обвив лапы длинным хвостом. Тогда как рыжик, одарив меня возмущенным взглядом, ожесточенно потер пострадавшую ягодицу.
– Просто некоторые тут охотиться вздумали. И ладно бы на дичь, а то им, понимаешь ли, волков на завтрак подавай!
Ой-ой-ой, какие мы нежные.
Фыркнув, я отвернулась и неспешно направилась обратно в лес, оставив оборотней одних. А когда вернулась, то оказалась приятно удивлена, обнаружив, что Рокхет все-таки пришел в себя и теперь с аппетитом уплетает сытное мясное рагу.
Выглядел он намного лучше, чем пару часов назад. Сидел вполне уверенно. Рука, держащая ложку, почти не дрожала.