На конкретном примере реализация этого алгоритма выглядит так: боевой робот, приданный звену, входит и зачищает «слепой угол» (который не виден сразу). Первый солдат обеспечивает безопасность одного из открытых углов. Второй и третий реагируют на угрозы из пространства непосредственно перед дверью. Четвертый – резерв. Все члены группы стараются максимально быстрее пройти зону поражения и занять безопасную позицию, расстояние в двух метрах от входной стены.
Однако техники «шести шагов» для зачистки помещения, конечно, недостаточно: после входа наши штурмовые группы подстерегала масса сюрпризов.
"Даже после интенсивных тренировок наши элитные пехотные подразделения лишь осваивали азы умений, чтобы не теряться в зданиях самой сложной планировки. Речь идёт о комплексе умений, где практически отшлифовываются отдельные моменты: лестницы, коридоры, развилки, вытянутые и разрушенные помещения и так далее. В итоге такого обучения даже при контакте со зданием незнакомой планировки штурмовая группа легко вспоминает нужный алгоритм и адаптирует его к новой ситуации.
Однако наши потери на Вороне, мягко говоря, потрясли воображение. К сожалению, мы вынуждены констатировать – неверно считать, что распространение этой техники станет однозначно историей успеха. Да, эффективность боевых действий в городских условиях повысится. Но фактор времени мы отменить не смогли.
Тем более за каждый новый навык приходится расплачиваться утратой старого: например, выяснилось, что разведгруппы космической пехоты Империи столкнулись с тем, что увлечение тактикой городского боя привело к утрате основных для них навыков ведения разведки.
Несмотря на все эти соображения, имперские подразделения до сих пор не определились, нужно ли им инвестировать средства в эту новую разработку алгоритма уличного боя. Скорее всего, причиной тому не чисто военные нужды, а статусные игры. Для политиков и простого народа «спецназовские» техники боя кажутся гораздо круче, чем движения обычных пехотинцев, куда-то бегущих и стреляющих из автомата во все стороны.
Тень с сожалением погасил свой виртуальный экран и огляделся. Он стоял в километре от здания, где под домашним арестом сейчас находился Элиот. Впереди была очерченная зона наблюдения охранных систем особняка.