Открою тебе один секрет, самая лучшая наложница стоит не более пятидесяти золотых, и это с учетом доставки ее в замок, даже если повезут ее одну. А я уже сегодня могу выделить достаточно средств на то, чтобы их привозили каждую неделю. И это ничуть не уменьшит нашу казну.
– Ты шутишь?! – изумленно спросил Ал-Тор.
– Нет. Я абсолютно серьезен. Можешь менять девиц каждую неделю, но с одним условием. К каждой из них ты будешь входить не менее трех раз.
– Почему именно трех?
– Боги даровали женщинам одну особенность.
– В каком смысле?
– Ты сможешь делать все, что захочешь. Носиться в одиночку по степи, ходить на охоту, сражаться с разбойниками, и у тебя над душой не будет никого, кроме Медведя. Уж прости, но без него, ты теперь и шагу не ступишь.
– Знаю, – усмехнулся юноша, – он и сейчас за дверью торчит.
– Откуда ты знаешь? – растерялся казначей."
"– Слышал, как Юко к нему подходила, когда он дверь приоткрыл.
– Проклятье! Я даже не заметил, что дверь приоткрылась. Вот именно поэтому я и говорю, что есть вещи, которым можешь научить только ты.
Ал-Тор молча кивнул, соглашаясь. И повернулся к двери, ведущей в комнаты Такеши и Юко. Переселяться в отдельный дом, как не раз предлагал им Ал-Тор, островитяне наотрез оказались, заняв две комнаты, примыкавшие к комнатам юноши.
Сообразив, что замечен, Такеши вышел в коридор, кутаясь в белый шелковый халат. Смущенно улыбнувшись, огромный островитянин развел руками и негромко сказал:
– Простите, хозяин, но я услышал, что вы остановились в коридоре и завели беседу. В этом случае я должен быть рядом.
– Зачем? Что может мне угрожать в собственном доме?
– Может быть, ничего. Но это привычка многих лет и, говоря откровенно, я не собираюсь от нее избавляться. Просто не обращайте на нас внимания.
– На кого это вас?
– На меня и Юко. Просто знайте, что один из нас всегда будет находиться за вашей спиной.
– Ну ты, понятно. Но она. Она же не телохранитель, а тем более это твоя жена.
– Именно поэтому в доме чаще всего рядом будет она, но на улице, не важно где, я.
– И возможно, очень скоро, вас будет сопровождать наш сын, – добавила сама Юко, выходя из комнаты.
Мужчины дружно уставились на изящную, словно статуэтка, девушку.