Батальон, к бою!

Так я пару раз к вам туда заезжал даже, пытался было ряд на зерно да и на крупу с мукой заключить. Да куда уж мне там! – махнул он с досадой рукой. – Там ведь уже такие прохиндеи из Калуги и Тулы на очереди были, что нам, уездным купцам, их никак не перебить. А уж насчет вашего масла так и подавно, оно все ведь большими оптовиками одним разом скупается.

– Ну, так-то это дело поправимое, – пожал плечами Егоров. – Все-таки земляки мы с тобой будем, и про тебя, Иван Кузьмич, молва как о честном и правильном купце среди людей идет.

Можно было бы попробовать и нам совместно поработать. Мы-то сейчас много чего нового у себя задумываем. И товара для продажи у нас скоро гораздо больше прибудет.

– Так я бы с великой радостью, ваше высокоблагородие! – вскричал хозяин. – Но ведь не подступишься же к вам!

– Хм, если с умом, то вполне можно не просто подступиться, а даже, более того, и в долю, в компанию войти, – подмигнул Алексей. – А это такие возможности, голубчик, такие барыши!

Купец аж рот приоткрыл, не веря в то, что он слышит сейчас все это своими собственными ушами.

– Все бы ничего, – вздохнул огорченно подполковник. – Да вот только, Иван Кузьмич, работаю я лишь с самыми близкими мне людьми. С теми, кому могу полностью и безоговорочно доверять. Вот познакомься: перед тобой трое моих первых помощников, те, с кем я прошел дорогами последней войны. Старшие унтер-офицеры русской императорской армии, и все они, заметь, отмечены за свои подвиги наградами, – кивнул он на сверкающие и начищенные до блеска серебряные медали.

– С такими хоть в огонь, хоть в воду идти – не обманут, не предадут и ни за что подведут! Вот, знакомься: Зубов Иван, – и пожилой серьезный военный солидно кивнул.

– Елкин Потап, – управляющий поместья с достоинством сделал вежливый поклон хозяину."

"– И вот мой самый главный инженериус, на котором вся механика наших многочисленных производств держится, – Отто Шмидт. Герой войны, награжденный за свои подвиги медалями по высочайшему повелению аж самой всемилостивой и благословенной нашей государыней императрицей.

Даруй, господи, ей здоровья! – и все присутствующие, привстав, перекрестились на иконы в чистом углу.

Сам «герой», о котором сейчас шла речь, стараясь выглядеть как можно солиднее, аж надул от важности щеки. Что сказать, предварительная тренировка перед этой поездкой даром не прошла.

– Ну, так вот, к чему я это все говорю? – Егоров пристально взглянул на хозяина дома. – Надумал я, что мне торговый представитель в хозяйстве нужен.